Гипертрофированность это: гипертрофированность — это… Что такое гипертрофированность?

Содержание

гипертрофированность — это… Что такое гипертрофированность?

гипертрофированность
гипертрофированность
ГИПЕРТРОФИ́РОВАННЫЙ, -ая, -ое; -ан (книжн.). Подвергшийся гипертрофии; чрезмерно преувеличенный. Гипертрофированная мышца. Гипертрофированное самолюбие.

Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949-1992.

.

Синонимы:
  • ГИПЕРТОНИЯ
  • ГИПЕРТРОФИРОВАННЫЙ

Смотреть что такое «гипертрофированность» в других словарях:

  • гипертрофированность — непомерность, преувеличенность Словарь русских синонимов. гипертрофированность сущ., кол во синонимов: 2 • непомерность (12) • …   Словарь синонимов

  • гипертрофированность —     ГИПЕРТРОФИРОВАННОСТЬ, чрезмерность     ГИПЕРТРОФИРОВАННЫЙ, чрезмерный     ГИПЕРТРОФИРОВАННО, чрезмерно …   Словарь-тезаурус синонимов русской речи

  • гипертрофированность — см. гипертрофированный; и; ж …   Словарь многих выражений

  • гипертрофированный — гипертрофированность …   Словарь-тезаурус синонимов русской речи

  • гипертрофированно — гипертрофированность …   Словарь-тезаурус синонимов русской речи

  • непомерность — неимоверность, громадность, избыточность, неумеренность, чрезмерность, гипертрофированность, преувеличенность, колоссальность, безмерность, чрезвычайность, нещадность, гипертрофия Словарь русских синонимов. непомерность см. чрезмерность …   Словарь синонимов

  • преувеличенность — утрированность, гипертрофированность, непомерность, дутость, чрезмерность, гиперболичность, раздутость Словарь русских синонимов. преувеличенность сущ., кол во синонимов: 9 • гиперболизм (2) …   Словарь синонимов

  • ГИПЕРТРОФИРОВАННЫЙ — ГИПЕРТРОФИРОВАННЫЙ, ая, ое; ан (книжн.). Подвергшийся гипертрофии; чрезмерно преувеличенный. Гипертрофированная мышца. Гипертрофированное самолюбие. | сущ. гипертрофированность, и, жен. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949… …   Толковый словарь Ожегова

  • гипертрофированный — ая, ое. см. тж. гипертрофированно, гипертрофированность 1) Увеличенный в объёме вследствие болезни, усиленной работы и т.п. (об органах или ткани) Г ое сердце. Г ые мышцы, миндалины. 2) Крайне преувеличенный, чрезмерный …   Словарь многих выражений


Гипертрофия левого желудочка при артериальной гипертензии и риск развития аритмий | Фомина

1. Algra A., Tijssen J.G.P., Roelandt J.R.T.C., et al. Heart rate variability from 24-hour electrocardiography and the 2-year risk for sudden death. Circulation 1993; 88: 180-5.

2. Aronow W.S., Epstein S., Koenogsberg M., Schwartz K.S. Usefulnessof echocardiographic LVH ventricular tachycardia and complex ventricular arrhythmias in predicting ventricular fibrillation or sudden cardiac death in elderly patients. Am J Cardiol 1988; 62: 1124-5.

3. Aronson R. Mechanisms of arrhyihmias in ventricular hypertrophy. J Cardiovasc Eleclrophysiol 1991; 2: 249-61.

4. Brilla C.G., Matsubara L., Weber K.T. Advanced hypertensive heart disease in spontaneously hypertensive rat. Lisinopril-mediated regression of myocardial fibrosis. Hypertension 1996; 28: 269-75.

5. Chakko S., Mulintapang R.F., Huikuri H.V., et al. Alterations in heart rate variability and its circadian rhythm in hypertensive patients with left ventricular hypertrophy free of coronary artery disease. Am Heart J 1993; 126:1364-72.

6. Davey P.P., Bateman J., Mulligan I.P., et al. QT interval dispersion in chronic heart failure and left ventricular hypertrophy: relation to autonomic nervous system and Holter tape abnormalities. Br Heart J 1994; 71: 268-73.

7. Frohlich E.D. Risk mechanisms in hypertensive heart disease. Hypertension 1999; 34:782-9.

8. Lip G.Y.H., Felmeden D.C., Li-Saw-Hee F.L., Beevers D.G. Hypertensive heart disease. A complex syndrome or a hypertensive ‘cardiomyopathy’? Eur Heart J 2000; 21: 1653-65.

9. Galinier M., Balanescu S., Fourcade J., et al. Prognostic value of arrhythmogenic markers in systemic hypertension. Eur Heart J 1997; 18:1484-91.

10. Ghali J.K., Kadakia S., Cooper R., Liao Y. Impact of LVH on ventricular arrhythmias in the absence of coronary artery disease. JACC 1991; 17:1277-82.

11. Gonzalez-Fernandez R.A., Rivera M., Rodriguez P.J., et al. Prevalence of ectopic ventricular activity after left ventricular mass regression. Am J Hypertens 1993; 6: 308-13.

12. Gonzalez-Juanatey J.R., Garcia-Acuna J.M., Pose A., et al. Reduction of QL and QLc dispersion during long-term treatment of systemic hypertension with enalapril. Am J Cardiol 1998; 81: 170-4.

13. Hart G. Cellular electrophysiology in cardiac hypertrophy and failure. Cardhvasc Res 1994; 28: 933-46.

14. Hennersdorf M.G., Strauer B.E. Arterial hypertension and cardiac arrhythmias. J Hypertens 2001; 19: 167-77.

15. Ichkhan K., Molnar J., Somberg J. Relation of left ventricular mass and QL dispersion in patients with systematic hypertension. Am J Cardiol 1997; 79: 508-11.

16. James M.A., Jones J.V. Ventricular arrhythmia in untreated newly presenting hypertensive patients compared with a matched normal population. J Hypertens 1989; 7:409-15.

17. Kannel W.B. Blood pressure as a cardiovascular risk factor. Engl J Med 1990; 322: 1561-6.

18. Kannel W.B. Prevalence and natural history of electrocardio-graphic left ventricular hypertrophy. Am J Med 1983; 75(Suppl. ЗА): 4-11.

19. Kaplan N.M. Systemic Hypertension: Mechanisms and Diagnosis. In: Heart Disease: Lextbook of Cardiovascular Medicine. BraunwaldE, ZipesD, Libby P. Eds.WB. Saunders Company 2001; 941-71.

20. Karpanou E.A., Vyssoulis G.P., Psichogios A., et al. Regression of left ventricular hypertrophy results in improvement of QL dispersion in patients with hypertension. Am Heart J 1998; 136: 765-8.

21. Kohya L., Yokoshiki H., Lohse N., et al. Regression of left ventricular hypertrophy prevents ischaemia-induced lethal arrhythmias. Beneficial effect of angiotensin II blockade. Circ Res 1995; 76: 892-9.

22. Koren M.J., Devereux R.B., Casale P.N., et al. Relation of left ventricular mass and geometry to morbidity and mortality in uncomplicated essential hypertension. Ann Intern Med 1991; 114: 345-52.

23. Kostis J.B., Lacy C.R., Shindler D.M., et al. Frequency of ventricular ectopic activity in isolated systolic systemic hypertension. Am J Cardiol 1992; 69: 557-9.

24. Krahn A.D., Manfreda J., Late R.B., et al. Lhe natural history of atrial fibrillation: incidence, risk factors, and prognosis in the Manitoba Follow-Up Study. Am J Med 1995; 98: 476-84.

25. Lavie C.J.Jr., Nunez B.D., Garavaglia G.E., Messerli F.H. Hypertensive concentric left ventricular hypertrophy: when is ventricular ectopic activity increased? South Med J 1988; 81: 696-700.

26. Levy D., Anderson K.M., Savane D.D., et al. Risk of ventricular arrhythmias in hypertension with left ventricular hypertrophy. Lhe Framingham Heart Study. Am J Cardiol 1987; 60: 560-5.

27. Lim P.O., Nys M., Naas A.A., et al. Irbesartan reduces QL dispersion in hypertensive individuals. Hypertension 1999; 33: 713-8.

28. Lindholm L.H., Dahlof B., Edelman J.E., et al. Effect of losartan on sudden cardiac death in people with diabetes: data from the LIFE study. Lancet 2003; 362: 619-20.

29. Lombardi H.C.A.F, Lerranova P., Hypertension and Concurrent Arrhythmias. Current Pharmaceutical Design 2003; 9(21): 1703-13.

30. Lombardi E. Chaos theory heart rate variability and arrhythmic mortality. Circulation 2000; 101: 8-10.

31. Luque-Otero M., Perez Cascos F., Alcazar J. Increased ventricular arrhythmias in hypertension with left ventricular hypertrophy. J Hypertens 1986; 4(Suppl 6): 66-7.

32. Maimqvist K., Kahan T., Edner M., et al. Comparison of actions of irbesartan versus atenolol on cardiac repolarization in hypertensive left ventricular hypertrophy: results from the Swedish irbesartan left ventricular hypertrophy investigation versus atenolol (SILVHIA). Am J Cardiol 2002; 90: 1107-12.

33. Malerba M., Muiesan M.L., Zulli R., et al. Ventricular arrhythmias and changes in blood pressure and left ventricular mass induced by anti-hypertensive treatment in hypertensive patients. J Hypertens 1991; 9(Suppl. 6): SI62.

34. Manyari D.E., Patterson C., Johnson D., et al. Atrial and ventricular arrhythmias in asymptomatic active elderly subjects: correlation with left atrial size and left ventricular mass. Am Heart J 1990; 119: 1069-76.

35. Mayet J., Shahi M., McGrath K., et al. Left ventricular hypertrophy and QT dispersion in Hypertension. Hypertension 1996; 28: 791-6.

36. McLenachan J.M., Henderson E., Morris K.I., Dargie H.J. Ventricular arrhythmias in hypertensive left ventricular hypertrophy. N Engl J Med 1987; 317: 787-92.

37. Members of the Sicilian Gambit. New approaches to antiarrhythmic therapy. Emerging therapeutic applications of the cell biology of cardiac arrhythmias. Eur Heart J 2001; 22: 2148-63.

38. Messerli F.H., Nunez B.D., Nunez M.M., et al. Hypertension and sudden death: disparate effects of calcium entry blocker and diuretic therapy on cardiac dysrhythmias. Arch Intern Med 1989; 149: 1263-7.

39. Messerli F.H. Hypertension and sudden cardiac death. Am J Hypertens 1999; 12: 181S-8.

40. Motz W., Vogt M., Rabenau D., et al. Evidence of endothelial dysfunction in coronary resistance vessels in patients with angina pectoris and normal coronary angiograms. Am J Cardiol 1991; 68:996-1003.

41. Novo S., Barbagallo M., Abrignani M.G., et al. Increased prevalence of cardiac arrhythmias and transient episodes of myocardial ischemia in hypertensives with left ventricular hypertrophy but without clinical history of coronary heart disease. Am J Hypertens 1997; 10: 843-51.

42. Pacifico A., Henry P.D. Structural pathways and prevention of heart failure and sudden death. J Cardiovasc Electrophysiol 2003; 14: 764-75.

43. Panza J.A., Quyami A.A., Brush J.E.Jr., Epstein S.E. Abnormal endothelium-dependent vascular relaxation in patients with essential hypertension. N Engl J Med 1990; 323: 22-7.

44. Perkiomaki J.S., Ikaheimo M.J., Pikkujamsa S.M., et al. Dispersion of the QT interval and autonomic modulation of the heart rate in hypertensive men with and without left ventricular hypertrophy. Hypertension 1996; 28: 16-21.

45. Pichard A.D., Gorlin R., Smith H., et al. Coronary flow studies in patients with left ventricular hypertrophy of the hypertensive type. Am J Cardiol 1981; 47: 547-54.

46. Rials S.J., Wu Y., Ford N., et al. Effect of left ventricular hypertrophy and its regression on ventricular electrophysiology and vulnerability to inducible arrhythmia in the feline heart. Circulation 1995;91:426-30.

47. Rosenbaum D.S., Jackson L.E., Smith J.M., et al. Electrical alternans and vulnerability to ventricular arrhythmias. N Engl J Med 1994; 330: 235-41.

48. Scheler S., Motz W., Strauer B.E. Mechanisms of angina pectoris with essential hypertension and normal epicardial arteries by arteriogram. Am J Cardiol 1984; 73: 478-88.

49. Scheler S., Motz W., Strauer B.E. Transient myocardial ischemias in hypertensive patients. Z Kardiol 1990; 78: 197-203.

50. Schmieder R.E., Messerli F.H. Determinants of ventricular ectopy in hypertensive cardiac hypertrophy. Am Heart J 1992; 123: 89-95.

51. Schocn F.J. Systemic, (left-sided) hypertensive heart disease. In Pathologic Basis of Disease, Cotran R.S., Kumar V., Robbins S.L., Eds. W.B. Saunders Company Philadelphia 1994; 541-2.

52. Schwartzkopff B., Motz W., Frenzel H., et al. Structural and functional alterations of the intramyocardial coronary arterioles in patients with arterial hypertension. Circulation 1993; 88: 993-1003.

53. Siegel D., Cheitlin M.D., Black D.M., et al. Risk of ventricular arrhythmias in hypertensive men with left ventricular hypertrophy. Am J Cardiol 1990; 65: 742-7.

54. Singh J.P., Larson M.G., Tsuji H., et al. Reduced heart rate variability and new-onset Hypertension. Insight into pathogenesis of Hypertension: the Framingham Heart Study. Hypertension 1999; 32: 293-7.

55. Strauer B.E. The significance of coronary reserve in clinical heart disease. JACC 1990; 15: 774-83.

56. Strauer B.E. Hypertensive heart disease. Berlin-Heidelberg-New York-Tokyo: Springer-Verlag 1991.

57. Task Force of the European Society of Cardiology and the North American Society of Pacing and Electrophysiology. Heart Rate Variability. Standards of measurement physiological interpretation and clinical use. Circulation 1996; 93: 1043-65.

58. Kalian T., Bergfelt L. Left ventricular hypertrophy in hypertension: its arrhythmogenic potential. Heart 2005; 91: 250-6.

59. Verdecchia P., Angeli F., Borgioni C., et al. Changes in cardiovascular risk by reduction of left ventricular mass in hypertension: a meta-analysis. Am J Hypertens 2003; 11: 895-9.

60. Vester E.G., Kuhls S., Ochinlet-Vester J., et al. Electrophysiological and therapeutic implications of cardiac arrhythmias in hypertension. Eur Heart J 1992; 13(Suppl D): 70-81.

61. Vester E.G., Emschermann C., Stobbe U., et al. Late potentials and heart rate variability in heart muscle disease. Eur Heart J 1994; 15(SupplC): 25-33.

62. Wolk R. Arrhythmogenic mechanisms in left ventricular hypertrophy. Europace 2000; 2: 216-23.

63. Wolk R., Cobbe S.M. Cardiac arrhythmias in hypertrophy. In: Sheridan D.J., ed. Left Ventricular Hypertrophy. London: Churchill Livingstone 1998: 101-6.

64. Yokoshiki H., Kohya T., Tomita F., et al. Restoration of action potential duration and transient outward current by regression of left ventricular hypertrophy. J Moll Cell Cardiol 1997; 29: 1331-9.

65. Фомина И.Г., Шальнова C.A., Оганов P.Г. Артериальные гипертонии. В кн. Кардиология. Под ред. Оганова Р.Г., Фоминой И.Е Москва «Медицина» 2004; 266-306.

«Лужков — гипертрофированный образ трансформаций, которые мы все пережили»

По просьбе Strelka Mag архитектор и директор бюро Strelka Architects Даша Парамонова объясняет, что представляла собой фигура Юрия Лужкова в истории Москвы и как следует относиться к последствиям лужковской эпохи.

Сложно представить, что один человек может настолько сильно повлиять на такой город, как Москва. Проекты, которые были реализованы при Юрии Лужкове, навсегда обозначили векторы развития московской архитектуры, повлияли на отношение к ней широкой аудитории и определили взаимоотношения между государством, заказчиком и архитектором. Это на самом деле редкая, уникальная история, сравнимая с феноменом барона Османа в Париже. Это след, который никогда и никуда не денется из ткани города.

Книга Парамоновой о «лужковском стиле»

В период активной деятельности Лужкова у всех было очень разное отношение к тому, что он делал. Кто-то его презирал, кто-то с ним работал. В его личности интересно то, что как бы мы ни хотели от этого всего откреститься, это часть нашей природы, часть нашей ДНК: и то, какую эстетику он ввёл, и то, какие взаимоотношения благодаря ему выстроились — в том числе непрозрачные финансовые решения и способы реализации. Всё это есть в каждом из нас в силу того, что мы вместе переживали эволюцию от распада одного общества к становлению другого. В каком-то смысле Лужков — такой гипертрофированный собирательный образ трансформаций, которые мы все пережили. В этом есть что-то ужасное и невыносимое. Что-то, с чем мы не можем до сих пор смириться, как не можем принять свои дурные привычки. С другой стороны, есть нечто, что на самом деле вызывает симпатию: размах, смелость, желание создавать всё с нуля.

Он умудрился всё это собрать в себе и показать нам, словно в зеркале. Поэтому если и говорить банальную фразу «ушла эпоха», то это тот случай, когда она буквально иллюстрирует произошедшее.

Реконструкция Манежной площади — один из символов лужковской эпохи. Фото: Геннадий Грачев​

Реконструкция Манежной площади — один из символов лужковской эпохи. Фото: Геннадий Грачев​

Последнее время он уже не вызывал таких сильных эмоций. Он был где-то «там», как уникальный объект. Это случилось сегодня, но удивительно, что Лужков по-прежнему жил с нами последние девять лет. Потому что он принадлежит совсем другому времени, и в нём же остался навсегда. Представить его на прежнем месте сейчас совершенно невозможно. Он абсолютно не актуален новой эпохе.

После ухода Юрия Лужкова с поста мэра произошла смена фокуса с капитальной архитектуры отдельных зданий на город как единую систему. Это касается, в частности, запуска проектов благоустройства. К 2010 году Москва абсолютно никем не рассматривалась как система. Строились отдельные объекты, а города как единого организма на карте не существовало. Всё было брошено на волю судьбы. По сути, в 2010 году мы имели дело с набором городских коллапсов, в том числе с транспортным. В этом смысле всё, что происходило и происходит после Лужкова, — очень логично. Пространство между домами, которые возводились ранее, стало заполняться.

Безусловно, многие инфраструктурные решения, такие как Третье транспортное кольцо или реконструкция МКАД, — это серьёзные травмы. Мы до сих пор имеем дело с менталитетом этих магистральных антигородских — с точки зрения жителя, а не автомобилиста — решений. Мы до сих пор взаимодействуем с последствиями той идеологии. Но это не только Лужков. Это примета общей политики градостроительства страны ушедшей эпохи, продуктом которой и стал бывший мэр.

Гипертрофия малых половых губ. Диагностика и лечение гипертрофии малых половых губ – Гинеко – клиника гинекологии

Гипертрофия (увеличение) малых половых губ — это не заболевание и не дефект, а индивидуальная особенность строения организма, при которой малые половые губы выступают за пределы больших, а при боковом вытяжении составляют в длину 4 и более сантиметров. Эти данные могут варьироваться в зависимости от личных особенностей каждой пациентки.

После родов, резкой потери веса многие женщины замечают, что у них увеличились половые губы за счет сильного растяжения кожи. Выраженная гипертрофия малых половых губ часто становится источником дискомфорта при ношении плотно прилегающего белья и узких брюк. Также есть мнение, что увеличение половых губ ухудшает барьерную функцию вульвы, создавая предпосылки для развития хронических инфекций.

Показания к лечению гипертрофии малых половых губ

Решение об устранении гипертрофии малых половых губ принимает сама женщина, исходя из своих собственных критериев красоты и привлекательности. Хирургическая коррекция при гипертрофии малых половых губ является одним из наиболее часто встречающихся направлений женской генитальной пластической хирургии.

Существуют две основные методики проведения операции на малых половых губах. Первая и наиболее старая методика предполагает линейную резекцию выступающих частей малых половых губ. У этого метода есть свои достоинства и недостатки — к достоинствам можно отнести простоту и функциональность операции, а к недостаткам — некоторую неестественную прямолинейность внешнего вида малых половых губ, поскольку после резекции выступающих частей меняется их естественная форма и складчатость.

Чтобы избежать ощущения искусственности, был разработан другой метод усечения малых половых губ (клиновидная резекция малых половых губ), заключающийся в вырезании V-образных лоскутков с каждой стороны. При такой операции естественный внешний вид малых половых губ сохраняется, а размеры уменьшаются.

Пластика половых губ не имеет медицинских показаний или противопоказаний, поэтому окончательное решение об ее проведении всегда остается за пациенткой. Иногда увеличенные малые половые губы наблюдаются при некоторых заболеваниях вульвы, поэтому перед операцией рекомендована консультация гинеколога.

Хирургическое лечение малых половых губ

Пластика малых половых губ — легкая операция, которая не требует послеоперационного пребывания в стационаре. Пациентка проводит под медицинским наблюдением в клинике несколько часов, после чего может идти домой. Правильно выполненная резекция малых губ не оставляет рубцов, а неприятные послеоперационные ощущения исчезают в течение нескольких дней.
Специалисты гинекологического отделения клиники Гинеко провели множество успешных операций по коррекции гипертрофии малых половых губ и знают, как получить результат, отвечающий всем ожиданиям пациентки.

Высококлассные хирурги нашей клиники могут в ходе одной операции решить сразу несколько задач, например, не только улучшить эстетический вид, но и увеличить чувствительность этой важной для интимной жизни зоны.

Патологии половых губ

Показанием для вмешательства пластического хирурга может стать не только увеличение малых половых губ, но и другие анатомические особенности интимной зоны:

  • Асимметрия — заметное увеличение одной половой губы относительно другой, вызываемое теми же причинами, что и гипертрофию половых губ. При постоянном ощущении дискомфорта диспропорции малых губ рекомендуется устранять.
  • Синехии — широко распространенная патология половых губ, которая особенно часто встречается у девочек до 6 лет. Рецидивирующие синехии указывают на развитие воспалительного процесса с серьезными последствиями для репродуктивной функции, поэтому нужно обратиться за медицинской помощью. Появление синехий провоцируется несоблюдением правил гигиены, раздражением слизистых оболочек моющими средствами и грубым бельем, аллергическими и аутоиммунными состояниями.
  • Дряблость кожи — потеря эластичности кожного покрова и образование складок, часто сопутствует гипертрофии половых губ.

Вас не устраивает размер, форма или анатомические особенности малых половых губ? Вам помогут специалисты клиники Гинеко: помимо высококачественной пластики, вы получите обстоятельную консультацию опытного гинеколога и профессиональное решение проблем женского здоровья.

Пресса России: из президента в суперпрезиденты

В обзоре российских газет:

Возвращение мандата

«Единая Россия» может инициировать возвращение на федеральный уровень выборов по одномандатным округам и выборы губернаторов. Таким образом партия власти готова подключиться к демократизации политической жизни в стране. Этой теме посвящена передовица свежего номера в «Независимой газете».

По данным газеты, на прошлой неделе на одном из совещаний во фракции ЕР был поднят вопрос об одномандатниках на федеральном уровне. И от руководства прозвучал ответ: вам никто не запрещает высказываться по данной теме. Единственное ограничение – этим не должны заниматься ключевые партийные фигуры.

Аналогичное пожелание было высказано и в отношении инициативы по восстановлению выборности губернаторов. Вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин, на мнение которого ссылается «Независимая», полагает, что это нормально, поскольку, в случае чего, любые высказывания в поддержку «демократизирующих» изменений можно будет легко дезавуировать.

Газета отмечает, что оппоненты «Единой России» вполне допускают, что партия власти пойдет на определенные шаги, направленные на демократизацию политической системы.

Например, депутат из ЛДПР Сергей Иванов заявил, что ничего другого от ЕР ждать и не приходится. Потому что у нее есть одна забота – сохранить свою власть.

Секретарь ЦК КПРФ Сергей Обухов отметил, что единороссы действительно лихорадочно ищут способ сохранить большинство в Госдуме шестого созыва и поэтому одномандатники – это реальный выход для «ЕР» сохранить парламентское большинство.

Впрочем, в ближайшее время избирательное законодательство вряд ли будет изменено. По мнению Алексея Макаркина, выборы в Госдуму в 2011 году пройдут по той же схеме, что и в 2007-м – то есть в виде плебисцита о доверии власти и под мощным административным давлением.

При этом, со ссылкой на однозначное мнение экспертов, «Независимая» пишет, что одномандатники в ГД могут появиться лишь в том случае, если в президенты в 2012 году соберется именно Путин. Потому что Медведеву это явно не надо.

Гипертрофированные полномочия

«За 17 лет Россия превратилась из президентской республики в суперпрезидентскую», — пишет «Коммерсант». Газета отмечает, что за годы существования института президентства в России глава государства получил 469 дополнительных полномочий.

По мнению лидера КПРФ Геннадия Зюганова, на которое ссылается «Коммерсант», президент в России имеет полномочий больше, чем «имели царь, генеральный секретарь ЦК КПСС и Чингисхан вместе взятые».

Как считает один из разработчиков Конституции – Виктор Шейнис – сегодня полномочия президента гипертрофированы.

По мнению заведующего кафедрой конституционного и административного права Высшей школы экономики профессора Михаила Краснова, на исследования которого ссылается «Коммерсант», в большинстве случаев дополнительные полномочия президенту делегируют законодатели, хотя такие полномочия выходят за рамки, которыми Конституция ограничивает президента.

«Но показательно не количество, а характер приобретенных полномочий», — выделяет издание.

Как отмечает Михаил Краснов, помимо сфер, за которые президент отвечает по Конституции (это национальная безопасность, внешняя политика, взаимодействие органов госвласти, отчасти — кадровая политика в отношении правительства и судей), его полномочия распространились также на экономику, культуру, образование, федеративные отношения, организацию деятельности госорганов, общественных объединений и т. д.

Как пишет газета, Борис Ельцин получил 168 новых полномочий, второй президент, Владимир Путин, приобрел 234 полномочия, а третий, Дмитрий Медведев, — только 67 за 2008-2010 годы.

При этом «наращивание полномочий» в других областях стало возможно с изменением политического режима, отмечает Михаил Краснов, что и привело к закручиванию гаек. По его мнению, «деградировавший» парламент отдал президенту полномочий слишком много.

«Президент стал фактически патроном госслужащих, — цитирует газета Краснова. — Через это он имеет возможность влиять на все ветви власти».

С этими утверждениями категорически не согласен представитель президента в Госдуме Гарри Минх. По его мнению, если в каком-либо из законов «что-то добавляется в объеме полномочий любого из институтов власти, то это не выход за пределы Конституции».

«Разрешить окончательно спор о суперполномочиях может по Конституции только Конституционный суд, — делится выводами «Коммерсант». — Но обратиться в КС с подобными запросами вправе только законодатели, которые в сложившемся политическом режиме делать этого не станут».

При этом издание считает, что появления других законодателей в ближайшее время в России ожидать не стоит.

Предпродажная подготовка

Много внимания российская пресса уделила одной из главных экономических новостей – предстоящему объединению аэропортов «Шереметьево» и «Внуково».

На фоне этого события газеты интересует судьба аэропорта «Домодедово». По мнению, например, газеты «Московские новости», его также не минует национализация. Только произойдет это несколько позже.

Поводом для такого предположения для газеты стало заявление министра транспорта России Игоря Левитина, сказавшего, что наличие вокруг Москвы самостоятельных аэропортов вредит делу.

«Три основных аэропорта расположены по географическому принципу в соответствии со стратегией развития авиатранспортных потоков, принятой в 60-е годы прошлого века. В настоящее время коммерческие интересы операторов аэропортов и авиакомпаний не совпадают с данной стратегией», — цитируют чиновника «Московские новости».

В том, что «Домодедово» в будущем не избежать национализации, с «МН» соглашается и деловой ежедневник «Ведомости».

Со ссылкой на исследования компании «Тройка-Диалог» газета пишет, что в случае, если три аэропорта будут объединены в один холдинг, он получит возможность диктовать цены на авиауслуги по причине монопольного положения на рынке.

И, несмотря на то, что владельцы «Домодедово» не имеют планов по продаже своих активов, им, по мнению «Ведомостей», рано или поздно придется это сделать.

«К сожалению, мы знаем множество примеров, когда крупные российские бизнесмены были вынуждены расставаться с собственностью, получать за нее меньше, чем она в действительности стоила, и уезжать за границу, — пишет по этому поводу газета. — Не хочется пророчить владельцам «Домодедово» такую судьбу, но сценарий, при котором государство таки объединяет все три аэропорта, выкупая долю частных собственников за некоторую (установленную чиновниками?) цену, списывать со счетов нельзя».

«Вертикальная» Россия

Российские газеты делятся первыми результатами Всероссийской переписи населения 2010 года и размышляют над некоторыми выводами.

В России сегодня проживает 143 миллиона граждан, население в стране за восемь лет сократилось на 2,2 миллиона человек.

Впрочем, как отмечает, например, «Независимая газета», убыль населения происходит не из-за сокращения рождаемости или увеличения смертности, а из-за резкого сокращения иммиграции.

Отдельно издания выделяют тот факт, что большая часть населения страны – 73% – сконцентрирована в больших городах.

«Я не ожидал, что Москва будет такой большой, — комментирует на страницах «НГ» директор российских и азиатских программ Института мировой безопасности в США Николай Злобин. — Не очень хорошая тенденция – потому что это характеристика стран третьего мира».

С точки зрения политической устойчивости страны и безопасности ее граждан, а также перспектив государства это очень плохо, считает эксперт.

«Качество жизни в российской глубинке гораздо хуже, а это как раз характеристика стран третьего мира. Если взять Азербайджан или Армению, среднеазиатские страны, там чуть ли не 90% населения живет в одном городе», — объясняет он.

«Россия должна быть плоской, а ее делают вертикальной. Это очень плохая тенденция: такое государство не может быть сильным», — цитирует Злобина газета.

«Восемь процентов населения России проживает в Москве, — пишут по этому поводу «Московские новости». — При этом городу отчаянно не хватает рабочих рук. Получается, в столице живут не те люди, которые ей нужны».

Обзор подготовил Олег Савин, Служба мониторинга Би-би-си

Как научиться управлять любым сотрудником — Секрет фирмы

Всего получается 24 сочетания и 24 психотипа. Каждый получил имя в честь какой-либо исторической фигуры. Например, Наполеон — ВФЛЭ, это сильный волевой человек действия (В), глубоко практичный и материалистичный (Ф), скептик (Л) и человек с почти атрофированными эмоциями (Э). Наполеон скорее склонен принимать решения и идти напролом, чем анализировать и сочувствовать. Для руководителя сильная воля — значительный плюс. Но непробиваемая уверенность в себе и отстранённое отношение к окружающим могут обернуться проблемой.

Нет плохих типов: есть пазлы людей с разными личностными качествами. В зависимости от того, насколько они смогут гармонировать, настолько смогут и эффективно работать. Например, я управленец с волей на первом месте, поэтому стараюсь не брать в непосредственное подчинение менеджеров, у которых воля также в первой позиции. Рано или поздно наши воли начнут сталкиваться и «искрить»: споры будут проходить не в режиме достижения истины, а по принципу, кто кого перебодает. Гармония наступает тогда, когда позиции перекрещены — первая и четвёртая, а главное, вторая и третья. То есть люди со второй волей хорошо сочетаются с людьми с третьей волей. Вторая логика хорошо работает с третьей логикой.

Прелесть метода Афанасьева в том, что его можно использовать сразу после ознакомления с ним, достаточно внимательности и практики наблюдения за людьми. Постепенно привыкаешь определять, какие функции находятся в сильных, а какие — в слабых позициях.

Типы руководителей по Адизесу

Эксперт по эффективности бизнеса Ицхак Адизес создал метод, который помогает выявить качества руководящих работников и принять соответствующие кадровые решения. Он считает, что в бизнесе существует четыре типа менеджмента (и менеджеров). Для каждого этапа в жизни компании и для каждого направления работ доминирует свой тип руководителя, а вместе они создают идеальную команду:

1. Предприниматель способен придумывать и успешно внедрять новое, у него всегда много планов и идей. Предприниматели нужны на старте, они обеспечивают прорывы. Также они пригодятся, когда понадобится вести за собой команду в сложные времена. Но в корпорациях они могут быть деструктивны, потому что предпринимателю нужны эксперименты, а в большой компании ценится процессность. 2. Администратор — это тот, кого у нас обычно называют «крепкий хозяйственник». Он ориентирован на организацию процессов, поэтому без него никуда: кто-то должен вести операционку, договариваться с контрагентами, руководить секретарём. В стартапе такой человек может быть отличным замом предпринимателя. 3. Производственник увлечён исключительно созданием товаров и услуг, поэтому ему надо дать возможность спокойно пилить продукт, творить практически в вакууме. 4. Интегратор наводит мосты: он формирует единые ценности, объединяет команду и помогает всем договориться. Когда компания вырастает до 100–150 человек, как наша «Нетология-групп», эта функция очень важна. Особенно когда часть коллектива вошла в компанию единовременно — при слиянии, например.

Конечно, в каждом управленце есть задатки всех четырёх типов, вопрос — какой из них развит больше. Человек может быть на 10% предприниматель, на 5% администратор, на 10% производственник и на 75% интегратор. Полезно знать, как эти четыре функции распределяются в вас и в ваших управленцах. Порой анализ по Адизесу даёт возможность понять, что недостатки, с которыми вы бились в том или ином менеджере, — не недостатки вовсе, а яркое доминирование в нём одной из функций. И при некоторой коррекции должностных обязанностей или смене профиля работы этот менеджер покажет драматический рост эффективности: так, одном из проектов я перевёл директора по маркетингу в руководителя HR, и он показал себя лучшим интегратором, чем предпринимателем.

Пригодится этот метод и для постановки задач самому себе. Я прежде всего предприниматель и интегратор, довольно средний производственник и из рук вон плохой администратор. Разумеется, свои слабые стороны я стараюсь восполнить компетенциями коллег.

Модель спиральной динамики

В этой системе каждый этап личностного роста человека характеризуется определённым набором ценностей, убеждений, приоритетов. Это напоминает пирамиду Маслоу, только применительно к практической психологии. Уровни спиральной динамики таковы:

1. Бежевый — уровень каменного века, приоритет — выживание любой ценой. 2. Фиолетовый — человек полностью подчиняется интересам группы, приоритет — интересы сообщества. 3. Красный — жёсткий авторитаризм, «закон джунглей», приоритет — сильная личность как мерило всего. 4. Синий — подчинение власти и порядок, приоритет — система во всём. 5. Оранжевый — рационализм, частное предпринимательство, приоритет — собственное благо. 6. Зелёный — акцент на рациональном гуманизме, толерантности, стабильности, приоритет — прагматичный win-win. 7. Жёлтый — переосмысление жизни, сомнение в ценностях мира потребления, приоритеты — внутренняя гармония и гармония с миром. 8. Бирюзовый — уровень просветления до уровня Ганди и тибетских мудрецов. Встречается крайне и крайне редко.

Нация едина, когда народы самобытны — Мурманский вестник

Котел ассимиляции чадит

«…В одном из самых ранних русских философско-религиозных трудов «Слово о законе и благодати» отвергается сама теория «избранного народа» и проповедуется идея равенства перед Богом. А в «Повести временных лет» так описан многонациональный характер Древнерусского государства: «Вот только кто по-славянски говорит на Руси: поляне, древляне, новгородцы, полочане, дреговичи, северяне, бужане. А вот другие народы: чудь, меря, весь, мурома, черемисы, мордва, пермь, печера, ямь, литва, корсь, нарова, ливы — эти говорят на своих языках».

Именно об этом особом характере русской государственности писал Иван Ильин: «Не искоренить, не подавить, не поработить чужую кровь, не задушить иноплеменную и инославную жизнь, а дать всем дыхание и великую Родину всех соблюсти, всех примирить, всем дать молиться по-своему, трудиться по-своему и лучших отовсюду вовлечь в государственное и культурное строительство».

Стержень, скрепляющая ткань этой уникальной цивилизации — русский народ, русская культура».

Так, в трех коротких абзацах своей статьи «Россия: национальный вопрос», написанной в 2012 году, Владимир Путин смог отразить преемственность и постоянство в веках системы взаимоотношений почти двухсот национальностей, проживающих на территории Российского государства.

Публикация в «Независимой газете» тогда еще кандидата в президенты охватывает практически все аспекты национального вопроса, подчеркивая, что западный «плавильный котел» ассимиляции барахлит и чадит». Россия же «возникла и веками развивалась как многонациональное государство. Государство, в котором постоянно шел процесс взаимного привыкания, взаимного проникновения, смешивания народов на семейном, на дружеском, на служебном уровнях. Сотен этносов, живущих на своей земле вместе и рядом с русскими. Освоение огромных территорий, наполнявшее всю историю России, было совместным делом многих народов».

Позволю себе заметить, что, пожалуй, единственное, на что не указал в статье прямым текстом нынешний глава государства, — это на необходимость широкого присутствия того или иного этноса в информационном поле. А такое присутствие эксперты считают сегодня необходимым.

Люди не хотят быть общечеловеками

Обратиться к публикации семилетней давности заставил прошедший недавно в Мурманске семинар «Школа саамской журналистики», который был приурочен к Международному дню народов мира. Признаюсь, поначалу этнический окрас, приданный одной из самых демократичных профессий, несколько удивил. Собственно, с этого вопроса мы и начали разговор с федеральным экспертом, приглашенным в качестве главного спикера, — заместителем председателя Совета Ассамблеи народов России, ответственным секретарем Комиссии по вопросам информационного сопровождения государственной национальной политики Совета по межнациональным отношениям при президенте РФ Андреем Худолеевым.

— В принципе проблема любого малого народа — подать информацию о себе так, чтобы другие люди смогли узнать и понять, что каждый малый народ имеет свою специфику. И что она, без сомнения, может быть интересна другим. И этого как раз у нас в информационном пространстве не хватает, — сказал Андрей Николаевич.

— То есть традиционными СМИ она подается недостаточно?
— Вообще практически не подается. Потому что при размерах и глобальных проблемах нашей страны кажется, что малый народ в несколько тысяч человек, а то и меньше, — это очень мелко и как-то неважно. Плюс сегодня в журналистике мы вообще все стараемся подогнать под некий шаблон, чтобы проще было писать материалы. Потому что, к сожалению, главное у нас не люди, а деньги. Все меряется количеством публикаций, репостов и так далее. И получается, что в том числе и малые народы, по сути, оказываются жертвой такого вот технологичного подхода к журналистике и вообще к информации. Плюс проблема и в том, что у малых народов мало людей, которые бы могли участвовать в процессе.

Но, с другой стороны, сегодня любой человек, немного обученный информационным технологиям, может донести информацию до большого количества людей, независимо от места расположения. Второй момент. Говорят, что информация такого рода никому не интересна. Это неправда! У каждого народа есть что рассказать о себе. Но это надо уметь найти, вычленить и подать правильно, чтобы было интересно всем. А этого пока не делается.

— Может быть, общество просто опасается проявлений сепаратизма, которые возникают время от времени в нашей стране?
— Действительно, такие опасения существуют. Но это совершенно не означает, что, когда поднимается какая-то национальная тема, это обязательно проявление сепаратизма. Просто люди не хотят быть, скажем, просто какими-то европейцами, просто кавказцами или просто дагестанцами, когда в том же самом Дагестане очень много разных народов со своими традициями и культурой и т. д.

Выделяться за счет шмоток немодно

Собственно, такие попытки все нивелировать на самом деле и приводят к желанию молодежи быть кем-то. И все больше на первые роли выходит национальный вопрос, потому что желание выделяться из общей массы за счет шмоток или гаджетов уже проходит. А знать свою национальную культуру, традиции, какие-то значимые для этноса вещи — это уже стало тенденцией среди части людей, которые понимают, что наши предки были неглупыми. Что они, создавая систему национальных ценностей, или — в приложении к сегодняшнему государству — модель социального поведения, были правы в чем-то. Потому что это сохраняет человека как личность.

— С точки зрения монетизации информации, понятно, здесь предложение рождает спрос. Потому и национальный вопрос выгоден лишь узким кругам и в узком аспекте. Но, казалось бы, с точки зрения государства и при нынешнем уровне ассимиляции и глобализации сохранение этнической идентичности уже теряет смысл. Надо ли это делать?
— Надо! Как раз по обратному пути мы шли до 2012 года. И хотя вроде как говорили о национальной политике, но что она должна собой представлять, мало кто понимал. До того момента, как Владимир Владимирович Путин не выступил с предвыборной статьей «Россия: национальный вопрос» и не сформулировал глобальные мировоззренческие вещи. Именно он первым сказал, что политика мультикультурализма в Европе себя не оправдала. Хотели сделать всех европейцами, а оказалось, что не все хотят быть европейцами. Хотели в рамках единой экономики создать единую нацию — не получилось.

Один из серьезных звонков недавно был в Каталонии. Жители говорили: у нас язык, культура, традиции, мы денег больше всех даем, а вы хотите нас лишить уже даже не идентичности, а автономии и права самостоятельно решать какие-то вопросы. Я разговаривал с каталонцами, они говорили: «Вы понимаете, мы при диктаторе-фашисте Франко имели больше прав, чем в демократической Европе». Конфликт национального и транснационального — это сейчас одна из тенденций.

Поэтому, когда в 2012 году Владимир Владимирович сформулировал «национальный вопрос», нас многие перестали любить, поскольку мы заявили, что право каждого народа — быть самими по себе. При этом была обозначена стратегия государственной национальной политики. Новая ее редакция вышла в декабре прошлого года и четко определила две главные цели. Первая — это укрепление единства российской нации, то есть мы все один народ. Но вторая — сохранение каждого народа с его традициями и культурой, поскольку Россия создавалась как страна, где не просто жили и сохранялись народы, они друг друга взаимно обогащали и друг другу помогали.

— Мне кажется, что если продолжить вашу мысль, то напрашивается вывод, что именно самоидентичность народа, независимо от его численности, в конечном счете и ведет к той самой глобализации, но уже на условиях спокойного, взвешенного взаимодействия.
— Да. Когда я знаю свой народ, я с большим уважением отношусь к человеку, который тоже знает свой народ. Сейчас у нас говорят о всплеске национализма, но у нас национализм очень однобокий. В том числе и потому, что националисты не встречаются друг с другом. На самом деле, когда случается, что они встречаются и разговаривают, выясняется, что никакого национализма нет по той простой причине, что обычаи, традиции, культура, принципы жизни у разных народов очень похожие.

У каждого есть чему поучиться

— Опять продолжу вашу мысль. Получается, что вот эта гипертрофированность — «мы лучше, потому что…» — это скорее от комплекса неполноценности и как раз от незнания корней и истории своего собственного народа?
— Совершенно верно. Мне очень нравится, когда представители разных народов гордятся не тем, что они сами по себе есть, а гордятся прежде всего представителями своего народа.

У меня есть хороший знакомый в Мурманске. Мы его приглашали на Алтай, чтобы он показал, что у народов, несмотря на расстояния, есть общее сходство. И он рассказывал о своем дедушке, который здесь во время войны на оленях и раненых вывозил, и подвозил снаряды. И делать это могли только представители северного народа. У нас и здесь-то не все об этом знают. А для жителей других российских территорий вообще сложно представить, зачем и как люди живут на Крайнем Севере.
Народ, это не костюмы и кухня, народ — это принципы жизни. И каждому есть чем гордиться — людьми, которые вошли в историю и сделали что-то полезное для других, что, скажем, представители других народов не могли бы сделать по определению.

И еще один важный аспект, отличающий малые народы. Философия большинства из них — отношение к природе. Мы же сейчас переживаем настоящую трагедию, когда леса горят, затапливает населенные пункты… Но у большинства коренных народов установка бережливого отношения к природе; не брать от нее больше, чем тебе нужно. В этом смысле есть чему поучиться современному обществу.

И вот в этом понимании, что у всех народов основополагающие принципы одинаковые, но у каждого есть чему поучиться, каждому есть что дать, и формируется единство нации, воспитанное на совершенно других традициях, другом отношении к жизни.

Hypertrophy: Back to the Basics

Успехи не происходят в одночасье. Мышцам нужно время, чтобы реагировать на раздражители и адаптироваться к ним. Откройте для себя переменные программы тренировок с отягощениями, которые позволят развить прирост силы и рост, которые вы или ваш клиент можете искать. Если вы учитесь, чтобы стать CPT, концепции, обсуждаемые в рамках, помогут укрепить 3-ю фазу модели OPT. А если вы культурист или просто хотите узнать больше о науке, лежащей в основе гипертрофии, добро пожаловать!

Содержание


Что такое общий адаптационный синдром?

Со временем наши тела адаптируются к раздражителям, которым мы их подвергаем.В широком смысле эти стимулы могут варьироваться от экологических до физиологических и даже психологических. Адаптация к этим раздражителям относится к феномену общего адаптационного синдрома. Как предложил Ханс Селье, все мы предсказуемым образом реагируем на факторы стресса и адаптируемся к ним. Наращивание мышц ничем не отличается (1, 2).

Если вы много работали, но часто упускали из виду правильное восстановление, вы, возможно, задавались вопросом, почему ваши результаты были в лучшем случае незначительными. Очень часто то же самое происходит и с другими людьми, которым трудно увидеть результаты в наращивании мышечной массы.Глядя на это через эту линзу, их тела не «адаптируются» так, как они этого хотят. В наращивании мышц эта желаемая адаптация известна как мышечная гипертрофия.

Четыре строительных блока гипертрофии

Для определения гипертрофии сначала должно быть объяснение принципов специфичности, перегрузки, адаптации и обратимости.

1) Принцип специфичности гласит, что адаптации специфичны для предоставленных стимулов.
2) Принцип перегрузки состоит в том, что для того, чтобы ткань (кость, сухожилие, связка и т. Д.) Могла адаптироваться к требованиям, она должна быть постепенно перегружена.
3) Принцип адаптации заключается в том, что человеческое тело физиологически адаптируется к тем требованиям, которые мы к нему предъявляем.
4) Принцип обратимости заключается в том, что любые достижения постепенно теряются при остановке тренировки (3).

Что означает мышечная гипертрофия?

Мышечная гипертрофия — это адаптация, характеризующаяся увеличением диаметра поперечного сечения мышечных волокон, которое происходит в ответ на то, что эти волокна задействуются для создания повышенного уровня напряжения.В частности, это функция белкового баланса (синтез против распада) и состоит из трех механизмов: мышечное напряжение, мышечное повреждение и метаболический стресс (3).

Нарушение мышечного напряжения

Напряжение мышц можно описать как механическое напряжение, прикладываемое к мышце во время упражнения, повреждение мышц эксцентрической нагрузкой, вызывающее микроразрыв и инициирующее воспалительную реакцию, а также метаболический стресс в результате накопления различных метаболитов, таких как молочная кислота ( 3).Это одна из многих адаптаций, возникающих в результате тренировок с отягощениями (Таблица 1).

Таблица 1. Адаптивные преимущества тренировок с отягощениями (1,2)
Физиологический
  • Повышение эффективности сердечно-сосудистой системы
  • Благоприятная эндокринная адаптация и липидная адаптация сыворотки крови
  • Повышенная плотность костей
  • Увеличение безжировой массы тела
  • Повышенная метаболическая эффективность
  • Повышенная мышечная гипертрофия
  • Уменьшение жира в организме
  • Снижение физиологического стресса
Производительность
  • Повышенная прочность тканей на разрыв
  • Повышенная мощность
  • Повышенная выносливость
Психологический
  • Улучшение настроения
  • Повышение самооценки
  • Повышение способности справляться со стрессом
  • Улучшение восприятия образа тела
  • Снижение симптомов депрессии

Тренировка гипертрофии

Тренировка на гипертрофию состоит из упражнений с низким и средним диапазоном повторений с прогрессирующей перегрузкой.Примером этого является 3-5 подходов по 6-12 повторений, выполняя жим штанги грудью с 75-85% от максимума одного повторения (1ПМ) с периодом отдыха 1-2 минуты.

Комбинация этих острых переменных обеспечивает стимулы, необходимые для мышечной гипертрофии. Ниже (Таблица 2, 3) приведен примерный уровень силы, неделя тренировки для гипертрофии, основанная на двухдневном сплите. В идеале, их следует повторять в течение 3-4 недель до прогрессирования.

Проще говоря, если вы хотите, чтобы ваши мышцы росли больше, вы должны использовать правильное программирование, чтобы вызвать необходимую физиологическую реакцию.

В модели NASM Optimum Performance Training ™ (OPT ™) мышечное развитие (гипертрофия) является фазой 3 и является частью уровня силы. Вы можете узнать больше в курсе CPT.

Таблица 2. Понедельник: грудь / плечи / трицепсы

CORE, BALANCE, SAQ и PLYOMETRIC Наборы Представители Время Остальное
Стабилизация мяча 2 15 0
Стабилизирующий шаровой мост 2 15 0
Доска 2 15 с 0

СОПРОТИВЛЕНИЕ горизонтальная нагрузка Наборы Представители Время Остальное
Сундук
  • Жим штанги лежа
  • Постоянный трос Fly
3-5 6–12 Контролируемый 1-2 мин
Плечи
  • Жим штанги сидя сидя
  • Тяга штанги стоя
3-5 6–12 Контролируемый 1-2 мин
Трицепс
  • Разгибание троса на трицепс стоя
  • Разгибание трицепса на одной руке в наклоне
3-5 6–12 Контролируемый 1-2 мин

ОХЛАЖДЕНИЕ
  • Эргометр верхней части тела 10 мин
  • Самомиофасциальный релиз (как разминка)
  • Статическое растяжение

Таблица 3.Вторник: спина / бицепс / ноги
РАЗМИНКА Наборы Представители Время
Самомиофасциальный релиз
Телята 2 30 с
IT-диапазон 2 30 с
лат 2 30 с
Динамическое растяжение
Заключенный на корточках 2 15
Шаровой комбо II 2 15

CORE, BALANCE, SAQ и PLYOMETRIC Наборы Представители Время Остальное
Тачдаун одной ногой 2 15 0
Стабилизирующий шаровой мост 2 15 0
Доска 2 15 с 0

СОПРОТИВЛЕНИЕ — горизонтальная нагрузка Наборы Представители Время Остальное
Назад
  • Подтягивания с ассистентом / без помощи
  • Тяга на тросе сидя
3-5 6–12 Контролируемый 1-2 мин
Бицепс
  • EZ-bar Curl стоя
  • Сгибание рук с гантелями одной рукой сидя
3-5 6–12 Контролируемый 1-2 мин
Ножки
  • Приседания со штангой
  • Выпады с гантелями в стороны
3-5 6–12 Контролируемый 1-2 мин

ОХЛАЖДЕНИЕ
  • Эллиптический тренажер 10 мин
  • Самомиофасциальный релиз (как разминка)
  • Статическое растяжение

Для достижения оптимальных результатов убедитесь, что вы соблюдаете соответствующие рекомендации по питанию и восстановлению (Таблица 4).

Таблица 4. Рекомендации по питанию и восстановлению для оптимизации результатов (1, 2)
Потребление калорий Положительный энергетический баланс
Рекомендуемое потребление белка 1,2 — 1,7 г / кг Масса тела
Стратегии наращивания и восстановления мышц
  • Употребляйте смесь углеводов и аминокислот до и сразу после тренировки. Достаточно восполните запасы гликогена сразу после тренировки, потребляя углеводы и белки с высоким гликемическим индексом в соотношении 4: 1 в течение 30-45 минут.
  • Удовлетворение суточной потребности в углеводах.
  • Избегайте диет с высоким содержанием белка.
  • Избегайте обезвоживания. Даже 3% обезвоживания может снизить производительность.
  • Избегайте ледяных ванн. Было показано, что погружение в холодную воду ослабляет острый анаболический процесс и долгосрочную адаптацию мышц (4).

Дополнительную информацию о питании, необходимом для наращивания мышечной массы, можно найти в этом сообщении в блоге по данной теме!

Заключительные мысли

В заключение, мышечная гипертрофия — это не что иное, как физиологическая адаптация к навязанным физическим и метаболическим требованиям.Создавая этот спрос и оптимизируя среду для развития и восстановления на клеточном уровне, мы видим результаты.

Это не то, что происходит в одночасье, так как первые результаты обычно проявляются в увеличении силы за счет нервно-мышечной адаптации. Однако через несколько недель можно заметить изменения в размерах. Ключ, как и во многих других начинаниях, — последовательность.

Проверьте эти соответствующие ресурсы, если вам понравился этот блог!

Артикул:
  1. Кларк Массачусетс, Саттон Б.Г.Lucett SC. NASM Essentials of Personal Fitness Training, 4-е изд. Берлингтон, Массачусетс: Обучение Джонс и Бартлетт; 2014
  2. Кларк MA, Люсетт SC. NASM Essentials of Sports Performance Training, 1-е изд. Филадельфия, Пенсильвания: Уолтерс Клувер / Липпинкотт Уильямс и Уилкинс; 2010
  3. Schoenfeld B, Sutton BG. Руководство NASM по бодибилдингу, 1-е изд. ООО «Институт оценочных технологий»; 2013
  4. 4. Робертс Л.А., Раастад Т., Маркуорт Дж. Ф., Фигейредо В. К., Эгнер И. М., Шилд А., Камерон-Смит Д., Кумбс Дж. С., Пик Дж. М..Погружение в холодную воду после тренировки ослабляет острую анаболическую сигнализацию и ослабляет долгосрочную адаптацию мышц к силовым тренировкам. J Physiol. 2015 14 июля

Гипертрофия скелетных мышц человека, вызванная физическими упражнениями, является внутренним процессом

Мышечные клетки (волокна) постмитотичны и, таким образом, претерпевают изменения в фенотипе, изменяя свою существующую структуру. Гипертрофия — это характерное изменение, которое происходит в ответ на повышенную нагрузку и может быть достигнуто у людей с помощью повторяющихся упражнений с отягощениями (т.е., обучение). При выполнении упражнений с отягощениями сокращения инициируются нервным импульсом, что приводит к немедленным нарушениям, таким как приток кальция, цикличность поперечных мостов и напряжение / стресс на цитоскелет, сарколемму и внеклеточный матрикс, а также к более отсроченным клеточным событиям, таким как производство / высвобождение потенциальные местные факторы роста (например, IGF-1). Упражнения с отягощениями также могут повысить системную концентрацию определенных гормонов (гормона роста, тестостерона, IGF-1), которые, как предполагается, вызывают гипертрофию.Однако, хотя эти гормоны явно анаболические в детстве и в период полового созревания или при введении в супрафизиологических экзогенных дозах, временные повышения концентрации гормонов после тренировки не имеют большого значения для острой синтетической реакции белка или гипертрофического фенотипа после тренировки с отягощениями. . Таким образом, резкое повышение системных гормонов после тренировки никоим образом не является косвенным маркером анаболизма, поскольку они не поддерживают способность мышцы к гипертрофии каким-либо измеримым образом.Напротив, острая активация внутренних сигнальных белков, таких как p70 (S6K), и резкое повышение синтеза мышечного белка в большей степени отражают возможность увеличения мышечной массы при тренировках с отягощениями. В конечном итоге, местные механизмы активируются стрессом, вызванным нагрузкой на мышцы, и заставляют мышцу наращивать белок. Молекулы, происходящие из мембран, и пути чувствительности к натяжению — это два внутренних механизма, участвующих в повышающей регуляции синтеза и включения мышечных белков в миофибриллы в ответ на механический стресс, возникающий из-за напряженных сокращений.

границ | Гипертрофия мышц связана с повышением активности протеасом, которая не зависит от экспрессии MuRF1 и MAFbx

Введение

Скелетная мышца — это высокопластичная ткань, которая изменяет свой размер за счет регуляции сигнальных путей, которые контролируют синтез и деградацию белка. В ответ на увеличение механической нагрузки происходит гипертрофия мышц или увеличение размера мышц в результате общего увеличения синтеза белка по сравнению с деградацией.Было хорошо продемонстрировано, что сигнальный путь Akt / mTOR является основным регулятором роста мышц, поскольку активация S6K1, eIF4E и eIF2B стимулирует трансляцию мРНК и в конечном итоге приводит к увеличению синтеза белка (Bodine et al., 2001b; Rommel et al. др., 2001; Кубица и др., 2008). Кроме того, недавняя работа показала, что как передача сигналов бета-адренорецепторами (Minetti et al., 2011), так и передача сигналов костного морфогенетического белка (BMP) (Sartori et al., 2013) может регулировать мышечную массу и способствовать гипертрофии скелетных мышц.Менее понятна роль деградации белка в процессе ремоделирования, который происходит в ответ на нагрузку и приводит к увеличению площади поперечного сечения волокна.

Увеличение деградации белка обычно связано с потерей мышечной массы, то есть атрофией, и происходит в ответ на снижение нагрузки, бездействие и различные патологические состояния. В скелетных мышцах убиквитиновая протеасомная система (UPS) ответственна за большую часть деградации белка (Rock et al., 1994), хотя катепсины, кальпаины, каспаза-3 и аутофагия также участвуют в расщеплении мышечных белков (Du et al., 2004; Tisdale, 2005). С атрофией мышц и увеличением деградации белков связано быстрое и устойчивое увеличение экспрессии MuRF1 и MAFbx / atrogin-1, двух мышечно-специфичных лигаз убиквитина E3, которые, как считается, нацелены на специфические белки для деградации протеасомой 26S (Bodine et al., 2001а). Было показано, что удаление MuRF1 или MAFbx сохраняет мышечную массу в различных условиях, вызывающих атрофию (Bodine et al., 2001a; Лабейт и др., 2010; Baehr et al., 2011), однако роль MuRF1 и MAFbx, а также UPS в регулировании увеличения размера мышечных волокон менее ясна.

В нескольких исследованиях сообщалось об увеличении экспрессии MuRF1 и MAFbx после интенсивной тренировки с отягощениями у людей, однако ни в одном исследовании не проводилось одновременных измерений синтеза белка и активности UPS после хронической механической нагрузки (Yang et al., 2006; Louis et al., др., 2007; Марино и др., 2008). Таким образом, целью этого исследования было изучить синтез белка и протеасомную активность, а также экспрессию MuRF1 и MAFbx у мышей в течение 14 дней хронической нагрузки с использованием модели функциональной перегрузки (FO).Кроме того, хотя мы недавно показали, что рост мышц не нарушается у молодых или старых мышей MuRF1 KO (Hwee et al., 2013), еще предстоит выяснить, влияет ли на рост потеря MAFbx и не влияет ли потеря MuRF1. или MAFbx подавляет активность протеасом в анаболических условиях.

Материалы и методы

Животные

В этом исследовании использовали 43-месячных самцов мышей C57BL / 6 дикого типа (WT) и 110 самцов и самок мышей MuRF1 и MAFbx null (KO) в возрасте 9 месяцев.Мыши WT были приобретены в Jackson Laboratories, а нулевые мыши MuRF1 ( n = 60) и MAFbx ( n = 50) были получены из колонии для размножения, поддерживаемой Программой биологии мышей UCD в помещении для мышей с барьером. Чтобы вызвать гипертрофию подошвенной мышцы, мышей подвергали двусторонней функциональной перегрузке. Мышей анестезировали 2–3% ингаляционным изофлураном и, используя асептическую технику, обнажали мышцы-разгибатели голеностопного сустава и ахиллово сухожилие, делая небольшой разрез на задней части нижней конечности.Вся камбаловидная мышца и более половины медиальной и латеральной икроножных мышц были удалены с каждой задней конечности без повреждения нервно-сосудистого снабжения подошвенной мышцы. Рана промывалась стерильным физиологическим раствором и разрез зашивали подкожными швами. Мышам давали анальгетик (бупренорфин, 0,1 мг / кг) сразу после операции и возвращали в клетку, как только они выздоровели.

Через 1, 3, 7 и 14 дней после операции животных WT анестезировали 2–3% ингаляционным изофлураном, а подошвенные мышцы удаляли, взвешивали, замораживали в жидком азоте и хранили при -80 ° C на будущее. анализ.У мышей MuRF1 и MAFbx KO подошвенные мышцы удаляли и взвешивали через 14 дней FO. Правую подошвенную мышцу прикрепляли к пробке длиной, приблизительно равной L o , и замораживали в изопентане, охлажденном в жидком азоте, для гистологического анализа, в то время как левую подошвенную мышцу замораживали в жидком азоте и хранили при -80 ° C. После сбора тканей мышей умерщвляли обескровливанием. Все процедуры с животными были одобрены Комитетом по уходу и использованию животных Калифорнийского университета в Дэвисе.

Измерения синтеза белка

Синтез белка был измерен in vivo у мышей WT с использованием метода SUnSET, как описано ранее (Goodman et al., 2011b). Ровно за 30 минут до иссечения подошвенных мышц мышам внутрибрюшинно вводили 0,04 мкмоль / г пуромицина, растворенного в 100 мкл фосфатно-солевого буфера (PBS) ( n = 5 / группа). Экспрессию пуромицина анализировали с помощью вестерн-блоттинга, как описано ниже.

Анализ экспрессии мРНК

Суммарную РНК экстрагировали из измельченных в порошок мышц подошвенной мышцы с использованием реагента TRIzol в соответствии с инструкциями производителя (Invitrogen).Затем кДНК синтезировали с использованием набора для обратной транскрипции QuantiTech (Qiagen) из одного мкг общей РНК. Экспрессию ена MuRF1 и MAFbx g измеряли с помощью количественной ПЦР (qPCR) у мышей WT после 1, 3, 7 и 14 дней FO ( n = 7 / группа). кПЦР выполняли с использованием Power SYBR ® Green PCR Master Mix (Life Technologies) на термоциклере ABI 7900HT. Условия цикла: один цикл при 94 ° C в течение 10 минут, затем сорок циклов при 94 ° C в течение 30 секунд, 59 ° C в течение 30 секунд и 72 ° C в течение 30 секунд.Каждый образец анализировали в трех экземплярах. Последовательности прямого и обратного праймеров мыши следующие: прямой MuRF1: 5′-GCTGGTGGAAAACATCATTGACAT-3 ‘; обратный: 5’-CATCGGGTGGCTGCCTTT-3 ‘; MAFbx вперед: 5’-CTTTCAACAGACTGGACTTCTCGA-3 ‘; обратный: 5’-CAGCTCCAACAGCCTTACTACGT-3 ‘; FOXO1 вперед: 5’-TTCCTTCATTCTGCACACGA-3 ‘; обратный: 5’-GTCCTACGCCGACCTCATC-3 ‘; FOXO3a вперед: 5’-CAGGCTCCTCACTGTATTCAGCTA-3 ‘; обратный: 5’-CATTGAACATGTCCAGGTCCAA-3 ‘; GAPDH вперед: 5’- CCAGCCTCGTCCCGTAGAC-3 ‘; обратный: 5’-ATGGCAACAATCTCCACTTTGC-3 ‘.Все данные были нормализованы по экспрессии GAPDH.

Активность протеасомы

Активность протеасом

20S и 26S β5 измеряли, как описано ранее (Gomes et al., 2012). Вкратце, протеасомы собирали в супернатанте после 30 мин центрифугирования при 12000 g после гомогенизации в 300 мкл буфера, содержащего 50 мМ Трис, 150 мМ NaCl, 5 мМ MgCl2, 1 мМ EDTA и 0,5 мМ DTT при pH 7,5. Активность, подобную химотрипсину (β5), оценивали с использованием 10 мкг белка и флуоресцентно меченного субстрата SUC-LLVY-AMC (Bachem).Оба анализа проводили в общем объеме 100 мкл. 26S АТФ-зависимый анализ проводили в буфере для гомогенизации с добавлением 100 мкМ АТФ. 20S АТФ-независимый анализ проводили в буфере для анализа, содержащем 25 мМ HEPES, 0,5 мМ EDTA и 0,001% SDS (pH 7,5). Каждый анализ проводили в отсутствие и в присутствии ингибитора протеасом бортезомиба в конечной концентрации 2 мМ. Активность протеасом 20S и 26S измеряли путем вычисления разницы между единицами флуоресценции, зарегистрированными с ингибитором или без него в реакционной среде.Высвобожденный AMC измеряли с помощью флуориметра Fluoroskan Ascent (Thermo Electron) при длине волны возбуждения 390 нм и длине волны испускания 460 нм. Флуоресценцию измеряли с 15-минутными интервалами в течение 2 часов. Все анализы были линейными в этом диапазоне, и каждый образец анализировали в трех экземплярах.

Вестерн-блоттинг

Замороженные мышцы plantaris контрольных мышей и мышей FO гомогенизировали в буфере для лизиса протеасом (50 мМ Трис, 150 мМ NaCl, 5 мМ MgCl2, 1 мМ EDTA и 0,5 мМ DTT при pH 7.5). Супернатант собирали после центрифугирования при 12000 g в течение 30 минут, и концентрации белка определяли в трех повторностях с использованием метода Брэдфорда (Bio-Rad). От десяти до двадцати микрограммов белка подвергали SDS-PAGE на 10% акриламидных гелях и переносили на поливинилидендифторидную (PVDF) мембрану. Мембраны блокировали в 3% обезжиренном молоке в трис-буферном физиологическом растворе с добавлением 0,1% твин-20 (TBST) или 1% желатина из свиной кожи в течение 1 ч, а затем зондировали первичным антителом в течение ночи при 4 ° C.Пуромицин (Millipore), BiP (BD Biosciences), PDI (Cell Signaling) и CHOP (Cell Signaling) использовали в концентрации 1: 1000. На следующий день мембраны промывали и инкубировали с вторичными антителами, конъюгированными с HRP, при 1:10 000 в течение 1 ч при комнатной температуре. Затем к мембранам добавляли субстрат Immobilon Western Chemiluminescent HRP (Millipore). Получение изображений и количественную оценку полос выполняли с использованием программного обеспечения ChemiDoc ™ MP System и Image Lab 5.0 (Biorad).

Статистика

Результаты представлены как среднее значение ± стандартное отклонение ( SD ), если не указано иное.Данные анализировали с помощью однофакторного дисперсионного анализа или теста Стьюдента t (Sigma Stat). Апостериорный анализ Тьюки использовали для определения различий при существовании взаимодействий. Статистическая значимость была установлена ​​на уровне p <0,05.

Результаты

Для определения степени активации убиквитиновой протеасомной системы (UPS) во время модели индуцированного нагрузкой роста мышц самцы мышей C57BL / 6 подвергались двусторонней функциональной перегрузке в течение 1, 3, 7 или 14 дней.Как показано на рисунке 1, ответом подошвенной мышцы на увеличение нагрузки было быстрое и устойчивое увеличение размера в течение 14 дней. Значительное увеличение массы на 43 и 65% наблюдалось через 7 и 14 дней соответственно.

Рисунок 1. Динамика индуцированного нагрузкой роста у мышей дикого типа (WT) после функциональной перегрузки (FO). Рост подошвенной мышцы рассчитывали через 1, 3, 7 и 14 дней FO и выражали как изменение массы относительно контрольной группы.Данные выражены как среднее ± стандартное отклонение ( n = 8 / группа). * P <0,05 по сравнению с контролем.

Учитывая значительную гипертрофию подошвенной мышцы, мы затем рассмотрели изменения синтеза белка в подошвенной мышце за 14-дневный период ФО. Синтез белка был измерен in vivo с использованием метода SUrface SEnsing of Translation (SUnSET), нерадиоактивного метода, в котором изменения скорости синтеза белка отражаются количеством пуромицина, которое включается во вновь синтезированные белки (Schmidt et al., 2009; Goodman et al., 2011b). Используя этот метод, мы обнаружили, что синтез белка увеличился на 58% через 3 дня и был значительно повышен с 7 до 14 дней FO, достигнув уровня, который был на 100% выше контроля в течение первых 14 дней FO (Рисунок 2).

Рисунок 2. Измерение синтеза белка с помощью метода SUnSET после функциональной перегрузки (FO). (A) Репрезентативное изображение вестерн-блоттинга для пуромицина после отсутствия обработки (Con) и FO в течение 1, 3, 7 или 14 дней у мышей WT.Соответствующее окрашивание по Понсо использовали для проверки равной загрузки белков. (B) Количественная оценка вестерн-блоттинга пуромицина. Значения пуромицина выражены в процентах от значения контрольных мышц (среднее ± SD, n = 5 / группа). * P <0,05 по сравнению с контрольной экспрессией пуромицина.

Повышение стресса ER может происходить при высоких скоростях синтеза белка (Rayavarapu et al., 2012). Учитывая, что FO вызывает значительную гипертрофию мышц, мы исследовали экспрессию различных маркеров стресса ER в подошвенной мышце после FO.Как показано на рисунке 3, мы обнаружили значительное увеличение экспрессии BiP и PDI, начиная с 3 дней после FO, с наибольшим увеличением, наблюдаемым после 7 дней FO. Маркер неадаптивного ER-стресса CHOP также увеличивался в течение 14 дней после FO, однако относительное увеличение было значительно ниже, чем наблюдаемое для BiP и PDI (рис. 3B).

Рис. 3. Маркеры стресса эндоплазматического ретикулума (ER) выше в подошвенной мышце после функциональной перегрузки (FO).(A) Репрезентативный вестерн-блоттинг маркеров стресса ER BiP, PDI и CHOP у мышей WT после отсутствия лечения (Con) и 1, 3, 7 и 14 дней FO. (B) Количественная оценка вестерн-блоттинга для BiP (белые столбцы), PDI (серые столбцы) и CHOP (черные столбцы). Окрашивание мембраны по Понсо использовали для нормализации экспрессии белка. Данные выражены в процентах от соответствующего контрольного значения для каждого белка (среднее ± SD, n = 4–6 / группа). * P <0,05 по сравнению с контрольной экспрессией для каждого белка, # P <0.05 CHOP против BiP или PDI в заданный момент времени.

Было показано, что у людей упражнения с отягощениями увеличивают деградацию белка (Phillips et al., 1997), но неясно, связано ли это разрушение с усилением экспрессии MuRF1 и MAFbx или с изменениями протеасомной активности. Таким образом, мы измерили динамику экспрессии MuRF1 и MAFbx и активности химотрипсиноподобных (β5) протеасом у мышей WT после FO. Кроме того, измеряли динамику экспрессии FOXO1 и FOXO3a, поскольку они являются известными регуляторами транскрипции MuRF1 и MAFbx в условиях атрофии (Sandri et al., 2004; Waddell et al., 2008). Было обнаружено, что экспрессия как MuRF1, так и MAFbx значительно увеличивается после одного дня FO, но затем возвращается к контрольным уровням через 3 дня после FO (Фигуры 4A, B). После 3 дней FO экспрессия гена подавлялась ниже контрольных уровней, при этом значительное снижение экспрессии MAFbx происходило через 7 и 14 дней FO (рис. 4B). Быстрое увеличение экспрессии MuRF1 и MAFbx было отражено значительным увеличением активности протеасом 20S и 26S β5 после 1 дня FO, но в отличие от MuRF1 и MAFbx, активность протеасом оставалась повышенной на протяжении 14 дней хронической нагрузки (рисунки 4D, E).Пиковая активность протеасомы 20S была обнаружена через 3 дня после FO, в то время как пиковая активность протеасомы 26S была обнаружена через 7 дней после FO. Удивительно, но характер экспрессии FOXO1 и FOXO3a был больше похож на экспрессию протеасомы 26S β5, чем на экспрессию MuRF1 и MAFbx. Значительное увеличение экспрессии FOXO1 и FOXO3a не происходило до 3 дней после FO, после чего экспрессия обоих генов продолжала увеличиваться в течение 7 дней FO, прежде чем вернуться к исходным уровням через 14 дней после FO (рис. 4C).

Рис. 4. Функциональная перегрузка (ФО) вызывает протеолитический ответ в подошвенной мышце. Экспрессия мРНК (A) MuRF1, (B) MAFbx и (C) FOXO1 и FOXO3a была измерена у мышей WT после отсутствия лечения (Con) и FO для 1, 3, 7 или 14 дней. Значения экспрессии были нормализованы к GAPDH и выражены как кратное изменение (среднее ± SD ) относительно контроля ( n = 7 / группа) * P <0,05 относительно контрольной экспрессии мРНК.Активность субъединицы β5 протеасом 20S (D) и 26S (E) оценивали с помощью флуорометрического анализа на мышах WT после отсутствия обработки (Con) и FO в течение 1, 3, 7 или 14 дней. Данные выражены в процентах от контрольного значения (среднее ± стандартное отклонение, n = 5–8 на группу). * P <0,05 по сравнению с контрольной протеолитической активностью.

Учитывая изменения в экспрессии MuRF1 и MAFbx и протеасомной активности после функциональной перегрузки, мы затем спросили, не влияет ли делеция MuRF1 или MAFbx на рост мышц.Четырнадцать дней перегрузки вызвали значительный рост подошв как у самок, так и у самцов мышей MuRF1 KO, который был подобен тому, который наблюдался у мышей WT обоих полов (фигура 5). Этот результат сопоставим с тем, что ранее сообщалось для мышей-самцов MuRF1 KO (Hwee et al., 2013). Напротив, удаление MAFbx, по-видимому, оказало значительное влияние на индуцированный нагрузкой рост, особенно у самок мышей (рис. 5). В ответ на перегрузку у самцов мышей MAFbx KO было измерено значительное увеличение массы подошв, при этом среднее увеличение массы было немного менее и более вариабельным в MAFbx KO (диапазон массы: 20–34 мг) по сравнению с WT ( диапазон масс: 29–37 мг) мыши.У самок мышей, однако, мышей MAFbx KO не наблюдалось значительного роста в ответ на FO, что значительно отличалось от того, что наблюдалось у мышей WT (Фиг.5).

Рисунок 5. Ответ мышей MuRF1 и MAFbx KO на функциональную перегрузку (FO). Рост подошвенной мышцы рассчитывали после 14 дней FO у самцов и самок мышей WT, MuRF1 KO и MAFbx KO и выражали как абсолютную влажную массу (мг). Измерения проводились в необработанном контроле [белые (WT) или заштрихованные синим (KO) столбцы] и перегруженные [черные (WT) и синие (KO) столбцы] мышцы.Данные выражены в виде среднего значения ± s.e.m, а размер группы указан в каждой полосе. * P <0,05 по сравнению с контролем; # P <0,05 по сравнению с WT FO.

Уменьшение роста мышц, по-видимому, не связано с неспособностью активировать протеасомы, поскольку у мышей MuRF1 и MAFbx KO наблюдалось аналогичное увеличение активности протеасомы 26S β5 после 14 дней применения FO (рис. 6). Поскольку у нас не было достаточного количества мышей KO для сбора данных FO через 3 и 7 дней, мы не знаем, увеличилась ли протеасомная активность у мышей KO в той же степени, что и у мышей WT.

Фигура 6. Активность протеасом увеличивается у мышей MuRF1 и MAFbx null (KO) после 14 дней функциональной перегрузки (FO). Протеолитическая активность субъединицы β5 протеасомы 20S (A) и 26S (B) оценивалась флуорометрическим анализом на мышах MuRF1 и MAFbx KO после отсутствия лечения (Con, белые столбцы) или 14 дней функциональной перегрузки ( 14г ФО, черные полосы). Данные выражены в процентах от каждого соответствующего контрольного значения (среднее ± SD, n = 4–6 / группа).* P <0,05 по сравнению с контролем.

Обсуждение

Протеолиз необходим для нормального функционирования мышц и регулярного белкового обмена. Большинство клеточных белков разлагаются UPS (Rock et al., 1994; Mitch and Goldberg, 1996), высокоселективной системой, которая нацелена на расщепление белков посредством добавления полиубиквитиновой цепи. Скоординированное усилие трех групп ферментов, называемых E1, E2 и E3s, приводит к присоединению убиквитина к белку-субстрату, при этом множество молекул убиквитина, связанных с лизином 48, служат сигналом для этого белка, который расщепляется протеасомой 26S. (Чау и др., 1989). Как MuRF1, так и MAFbx были идентифицированы как мышечно-специфичные убиквитинлигазы E3, что делает их ответственными за катализирование переноса убиквитина от фермента E2 к белку-субстрату. В скелетных мышцах повышение активности протеасом обычно связано с атрофией мышц, процессом, который характеризуется индукцией MuRF1 и MAFbx (Auclair et al., 1997; Hobler et al., 1999; Bodine et al., 2001a; Gomes). и др., 2001). Однако мало что известно о роли UPS во время роста мышц и о том, необходимы ли MuRF1 и / или MAFbx для гипертрофии мышц.Таким образом, цель этого исследования состояла в том, чтобы изучить динамику экспрессии MuRF1 и MAFbx вместе с протеасомной активностью в модели индуцированного нагрузкой роста мышц, а также определить, демонстрируют ли мыши MuRF1 и MAFbx KO ослабленный ростовой ответ после 14 дней воздействия. функциональная перегрузка (FO).

Функциональная перегрузка — это широко используемая модель для изучения роста мышц у грызунов, которая приводит к быстрому и значительному увеличению мышечной массы в результате хронической перегрузки. Гипертрофия в этой модели характеризуется значительным увеличением синтеза белка, что мы подтвердили в этом исследовании с использованием метода пуромицина (Schmidt et al., 2009; Goodman et al., 2011b). Более того, увеличение синтеза белка близко соответствовало увеличению массы подошвенной мышцы у мышей WT. В течение этого периода повышенного синтеза белка также наблюдалось значительное увеличение экспрессии белков-шаперонов ER BiP и PDI. Увеличение экспрессии BiP и PDI может быть предсказано, поскольку повышенная скорость синтеза белка будет увеличивать ответственность эндоплазматического ретикулума (ER) за обработку белков. Увеличение BiP и PDI увеличивает способность ER к сворачиванию белков (Rayavarapu et al., 2012) и помогли бы снизить количество неправильно свернутых белков и свести к минимуму стресс ER. Накопление неправильно свернутых белков может заставить ER активировать передачу сигналов апоптоза посредством увеличения экспрессии CHOP (Fu et al., 2008). Хотя FO действительно приводил к увеличению экспрессии CHOP, относительное увеличение экспрессии было значительно ниже, чем увеличение экспрессии BiP и PDI, предполагая, что ER был способен реализовать адаптивный ответ на приток вновь синтезированных белков, которые в конечном итоге получили включены в миофибриллы, что приводит к увеличению площади поперечного сечения миофибрилл и силовой способности.

Новым открытием в этом исследовании было то, что активность протеасом 20S и 26S β5 увеличивалась в течение 14-дневного периода перегрузки, что указывает на то, что повышенная нагрузка может привести к активации механизмов, участвующих в распаде белка. Увеличение протеасомной активности произошло в течение первых 24 часов после перегрузки и увеличилось до уровня (в 4-6 раз), который был намного выше, чем тот, который мы наблюдали при атрофии, вызванной денервацией (<2 раза) (Gomes et al. , 2012). Интересно, что пик активности 26S β5 приходился на 7 дней, когда было обнаружено, что синтез белка значительно повышен.Этот результат аналогичен исследованию Miyazaki et al. в котором скорость синтеза и деградации белка достигла пика через 7 дней после FO (Miyazaki et al., 2011). Тем не менее, важно отметить, что наибольший прирост мышечной массы произошел между 7 и 14 днями после FO, что было периодом времени, в течение которого скорость синтеза белка повышалась, а активность протеасом начинала снижаться.

Обычно предполагается, что увеличение экспрессии MuRF1 и MAFbx ведет к увеличению протеасомной активности, поскольку большее количество убиквитинлигаз должно увеличивать количество полиубиквитинированных белков внутри клетки.Однако мы показываем здесь, что в условиях роста протеасомная активность оставалась повышенной в течение гораздо более длительного периода времени, чем индукция MuRF1 и MAFbx. Фактически, значительное увеличение экспрессии MuRF1 и MAFbx было измерено только в первый день FO, а к 3-му дню FO их экспрессия вернулась к исходным уровням, а затем была подавлена ​​ниже базовых уровней. Наш вывод о том, что экспрессия MuRF1 увеличивается только через 1 день после FO, немного отличается от исследования Marino et al., В котором было обнаружено, что MuRF1 увеличивается после 3 дней FO (Marino et al., 2008). Однако аналогичные результаты были получены при сравнении экспрессии MAFbx, поскольку мы также не обнаружили индукции MAFbx через 3 дня после FO с последующим значительным снижением экспрессии MAFbx через 7 и 14 дней (Marino et al., 2008). В большинстве исследований на людях, в которых изучали протеолитическую активность после интенсивной тренировки с отягощениями, было показано, что экспрессия MuRF1, но не MAFbx, временно увеличивается после тренировки (Yang et al., 2006; Louis et al., 2007; Murton и др., 2008). Однако хроническая тренировка с отягощениями у крыс приводила к снижению экспрессии MuRF1 и MAFbx, что может соответствовать этому снижению экспрессии, которое мы наблюдали через 7 и 14 дней после FO (Zanchi et al., 2009).

Наши данные показывают, что MuRF1 и MAFbx не всегда являются хорошими маркерами протеасомной активности. Очевидное несоответствие между экспрессией MuRF1 и MAFbx и протеасомной активностью наблюдалось ранее. В исследовании Vary et al., Острая алкогольная интоксикация увеличивала экспрессию MuRF1 и MAFbx, но не усиливала протеолиз скелетных мышц (Vary et al., 2008). Точно так же мы показали, что 14 дней лечения глюкокортикоидами не привели к увеличению активности какой-либо из трех каталитических субъединиц протеасомы, несмотря на значительное повышение экспрессии MuRF1 и MAFbx (Baehr et al., 2011). Напротив, когда мышам позволяли восстанавливаться после 7 дней разгрузки задних конечностей, экспрессия MuRF1 и MAFbx не увеличивалась ни в одной из анализируемых временных точек, но активность протеасомы 20S β5 значительно повышалась в первый день восстановления (Lang et al., 2012). Наконец, в условиях денервации отсутствие MuRF1 приводит к большей, а не меньшей активации протеасомы (Gomes et al., 2012).

В условиях атрофии FOXO часто участвуют в индукции MuRF1 и MAFbx, но наши результаты ясно показывают, что это не так в модели функциональной перегрузки, поскольку экспрессия FOXO не увеличивалась до тех пор, пока экспрессия MuRF1 и MAFbx не вернулась к норме. базовые уровни.Было обнаружено, что наибольшее увеличение экспрессии FOXO1 и FOXO3a происходит после 7 дней функциональной перегрузки, что согласуется с выводами Goodman et al. (2011a), которые показали, что как общий белок, так и уровни фосфорилирования FOXO1 и FOXO3a были значительно повышены через 7 дней FO. Наши результаты предполагают, что FOXO могут опосредовать деградацию белка независимо от MuRF1 и MAFbx и могут быть, по крайней мере, частично ответственны за наблюдаемое увеличение протеасомной активности. Необходимы дополнительные исследования для определения роли FOXO в регуляции системы убиквитиновых протеасом во время роста скелетных мышц.

Было показано, что механическая нагрузка инициирует воспалительную реакцию, а количество цитокинов увеличивается во время мышечной гипертрофии (Huey et al., 2007). В частности, одним цитокином, уровень которого, как сообщалось, повышался сразу после FO, был TNFα (Huey et al., 2007). Циркулирующие уровни TNFα могут приводить к увеличению экспрессии как MuRF1, так и MAFbx (Li et al., 2005; Adams et al., 2008), поэтому возможно, что кратковременное увеличение экспрессии, наблюдаемое в этом исследовании, было напрямую связано с воспаление мышц.Хотя воспалительный ответ, по-видимому, необходим для нормального роста после FO (Marino et al., 2008), неясно, является ли индукция MuRF1 и MAFbx критической в ​​этом ответе. Наши результаты показывают, что MAFbx, но не MuRF1, может быть необходим для нормального ремоделирования и роста, поскольку мыши MAFbx KO имели ослабленную реакцию роста (особенно среди самок животных), тогда как мыши MuRF1 KO не показали недостатков в их способности к гипертрофии. .

В скелетных мышцах было идентифицировано несколько мишеней MAFbx, включая eIF3f (Lagirand-Cantaloube et al., 2008), MyoD (Tintignac et al., 2005) и миогенин (Jogo et al., 2009). Эти мишени обычно связаны с синтезом белка (eIF3f), пролиферацией сателлитных клеток (MyoD) и транскрипцией специфичных для мышц генов (MyoD, миогенин), все из которых важны для гипертрофии мышц (Ishido et al., 2004; Baar et al. ., 2006). Кроме того, недавняя работа in vitro Lokireddy et al. показали, что MAFbx предпочтительно разрушает саркомерные белки после обработки миостатином, при этом тяжелая цепь миозина, легкая цепь миозина, десмин и виментин идентифицированы как мишени для убиквитинирования MAFbx (Lokireddy et al., 2011а, б). Таким образом, даже несмотря на то, что кажется, что отсутствие MAFbx должно способствовать росту мышц, неспособность обменивать ключевые саркомерные белки, такие как тяжелая цепь миозина, во время процесса ремоделирования может объяснить, почему ответ роста был нарушен у мышей MAFbx KO. Более того, хотя было показано, что мыши MAFbx KO сохраняют мышечную массу после денервации (Bodine et al., 2001a), гистологический анализ денервированных мышц MAFbx выявил дистрофические и некротические волокна. Следовательно, кажется, что MAFbx может потребоваться для правильного ремоделирования мышечных волокон в условиях роста и атрофии.Объяснение того факта, что потеря MAFbx оказала большее влияние на индуцированный нагрузкой рост у самок мышей по сравнению с самцами, неясно. В предыдущих экспериментах, в которых изучалась реакция мышей MAFbx KO на триггеры мышечной атрофии, мы не наблюдали никаких гендерных различий.

Подобно MAFbx, MuRF1, как сообщается, взаимодействует и убиквитинирует миофибриллярные белки (Cohen et al., 2009), указывая тем самым, что MuRF1 также играет роль в регуляции обмена белков. Однако, учитывая нормальный гипертрофический ответ на FO у мышей MuRF1 KO, кажется, что MuRF1 не важен для роста мышц.Учитывая, что синтез белка выше у мышей MuRF1 KO в условиях атрофии (Koyama et al., 2008; Baehr et al., 2011), возможно, что основная роль MuRF1 в скелетных мышцах заключается в подавлении синтеза белка. Таким образом, делеция MuRF1 благоприятна для роста мышц, и, следовательно, мыши MuRF1 KO сохраняют способность к гипертрофии на протяжении всей своей жизни. Различные фенотипы мышей MuRF1 и MAFbx KO предполагают, что две лигазы E3 имеют разные физиологические субстраты.Очевидно, что необходимы дополнительные исследования для определения физиологических мишеней MuRF1 и MAFbx в скелетных мышцах.

Таким образом, наши результаты показывают, что гипертрофия мышц связана с увеличением как синтеза, так и деградации белка. Увеличение деградации является результатом активации UPS, и протеасомная активность остается повышенной даже после того, как экспрессия MuRF1 и MAFbx вернулась к исходным уровням. Интересно, что экспрессия MuRF1 и MAFbx подавляется ниже исходного уровня, даже если экспрессия FOXO1 и FOXO3a повышена.Потеря MuRF1 или MAFbx, по-видимому, не подавляет повышение активности протеасом в ответ на хроническое увеличение нагрузки; однако потеря MAFbx, по-видимому, отрицательно влияет на процесс ремоделирования, который происходит во время роста. Эти находки подчеркивают необходимость лучшего понимания роли MuRF1 и MAFbx в функции скелетных мышц, что потребует идентификации их субстратов in vivo .

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Список литературы

Адамс В., Мангнер Н., Гаш А., Кроне К., Гилен С., Хирнер С. и др. (2008). Индукция MuRF1 важна для вызванной TNF-альфа потери мышечной функции у мышей. J. Mol. Биол . 384, 48–59. DOI: 10.1016 / j.jmb.2008.08.087

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Оклер Д., Гаррель Д. Р., Чауки Зеруала А. и Ферланд Л. Х. (1997). Активация пути убиквитина в скелетных мышцах крыс катаболическими дозами глюкокортикоидов. Am. J. Physiol . 272, C1007 – C1016.

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст

Баер, Л. М., Ферлоу, Дж. Д., и Бодин, С. К. (2011). Сохранение мышц в мышцах нулевых мышей RING finger 1: ответ на синтетические глюкокортикоиды. J. Physiol . 589, 4759–4776. DOI: 10.1113 / jphysiol.2011.212845

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Бодин, С. К., Латрес, Э., Баумхютер, С., Лай, В. К.-М., Нуньес, Л., Кларк, Б. А., и другие. (2001a). Идентификация убиквитинлигаз, необходимых для атрофии скелетных мышц. Наука 294, 1704–1708. DOI: 10.1126 / science.1065874

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Бодин, С. К., Стит, Т. Н., Гонсалес, М., Клайн, В. О., Стовер, Г. Л., Бауэрлейн, Р. и др. (2001b). Путь Akt / mTOR является важным регулятором гипертрофии скелетных мышц и может предотвращать атрофию мышц in vivo . Нат. Ячейка Биол .3, 1014–1019. DOI: 10.1038 / ncb1101-1014

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Чау В., Тобиас Дж. У., Бахмайр А., Марриотт Д., Эккер Д. Дж., Гонда Д. К. и др. (1989). Мультиубиквитиновая цепь ограничена конкретным лизином в целевом короткоживущем белке. Science 243, 1576–1583. DOI: 10.1126 / science.2538923

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Коэн, С., Браулт, Дж. Дж., Гиги, С. П., Гласс, Д. Дж., Валенсуэла, Д. М., Гартнер, К. и др. (2009). Во время атрофии мышц толстые, но не тонкие компоненты филаментов разрушаются за счет MuRF1-зависимого убиквитилирования. J. Cell Biol . 185, 1083–1095. DOI: 10.1083 / jcb.2002

CrossRef Полный текст

Du, J., Wang, X., Miereles, C., Bailey, J. L., Debigare, R., Zheng, B., et al. (2004). Активация каспазы-3 — это начальный этап, запускающий ускоренный протеолиз мышц в катаболических условиях. Дж.Clin. Инвестировать . 113, 115–123. DOI: 10.1172 / JCI18330

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Fu, H. Y., Minamino, T., Tsukamoto, O., Sawada, T., Asai, M., Kato, H., et al. (2008). Сверхэкспрессия шаперона, резидентного в эндоплазматическом ретикулуме, снижает гибель кардиомиоцитов, вызванную ингибированием протеасом. Cardiovasc. Res . 79, 600–610. DOI: 10.1093 / cvr / cvn128

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Гомеш, А.V., Waddell, D. S., Siu, R., Stein, M., Dewey, S., Furlow, J. D., et al. (2012). Повышение активности протеасом у мышей без мышечного кольца RING finger 1 после денервации. FASEB J . 26, 2986–2999. DOI: 10.1096 / fj.12-204495

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Гомес, М. Д., Лекер, С. Х., Джаго, Р. Т., Навон, А., и Голдберг, А. Л. (2001). Атрогин-1, мышечно-специфический белок F-бокса, высоко экспрессируемый во время мышечной атрофии. Proc.Natl. Акад. Sci. США . 98, 14440–14445. DOI: 10.1073 / pnas.251541198

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Гудман, К. А., Фрей, Дж. У., Мабри, Д. М., Джейкобс, Б. Л., Линкольн, Х. С., Ю, Дж. С. и др. (2011a). Роль mTOR скелетных мышц в регуляции роста, вызванного механической нагрузкой. J. Physiol . 589, 5485–5501. DOI: 10.1113 / jphysiol.2011.218255

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Гудман, К.A., Mabrey, D. M., Frey, J. W., Miu, M. H., Schmidt, E. K., Pierre, P., et al. (2011b). Новое понимание регуляции синтеза белка скелетных мышц, выявленное с помощью нового нерадиоактивного метода in vivo . FASEB J . 25, 1028–1039. DOI: 10.1096 / fj.10-168799

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Хоблер, С.С., Уильямс, А., Фишер, Д., Ван, Дж. Дж., Сан, X., Фишер, Дж. Э. и др. (1999). Активность и экспрессия протеасомы 20S увеличиваются в скелетных мышцах во время сепсиса. Am. J. Physiol . 277, R434 – R440.

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст

Хьюи К. А., Макколл Г. Э., Чжун Х. и Рой Р. Р. (2007). Модуляция HSP25 и TNF-α на ранних стадиях функциональной перегрузки медленной и быстрой мышцы крысы. J. Appl. Physiol . 102, 2307–2314. DOI: 10.1152 / japplphysiol.00021.2007

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Хви, Д. Т., Баер, Л. М., Филп, А., Баар, К., и Бодин, С.С. (2013). Поддержание мышечной массы и индуцированного нагрузкой роста у нулевых мышей Muscle RING Finger 1 с возрастом. Ячейка старения . 1, 92–101. DOI: 10.1111 / acel.12150

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Исидо, М., Ками, К., и Масухара, М. (2004). Локализация MyoD, миогенина и факторов регуляции клеточного цикла в гипертрофированных скелетных мышцах крыс. Acta Physiol. Сканд . 180, 281–289. DOI: 10.1046 / j.0001-6772.2003.01238.x

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Джого, М., Шираиши, С., Тамура, Т.А. (2009). Идентификация MAFbx как белка F-бокса, связанного с миогенином, в убиквитинлигазе SCF. FEBS Lett . 583, 2715–2719. DOI: 10.1016 / j.febslet.2009.07.033

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Кояма С., Хата С., Витт К. К., Оно Ю., Лерче С., Одзима К. и др. (2008). Мышечный RING-finger protein-1 (MuRF1) как связующее звено между метаболизмом мышечной энергии и синтезом белка. J. Mol. Биол .376, 1224–1236. DOI: 10.1016 / j.jmb.2007.11.049

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Кубица, Н., Криспино, Дж. Л., Галлахер, Дж. У., Кимбалл, С. Р., и Джефферсон, Л. С. (2008). Активация рапамицинового комплекса 1 у млекопитающих необходима и достаточна для стимуляции трансляции мРНК эукариотического фактора 2B [var epsilon] и синтеза белка. Внутр. J. Biochem. Ячейка Биол . 40, 2522–2533. DOI: 10.1016 / j.biocel.2008.04.010

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Лабейт, С., Коль, К. Х., Витт, К. С., Лабейт, Д., Юнг, Дж., И Гранзье, Х. (2010). Модуляция атрофии мышц, усталости и фосфорилирования MLC с помощью MuRF1, как показали исследования подвешивания задних конечностей на мышах MuRF1-KO. J. Biomed. Биотехнология . 2010: 693741. DOI: 10.1155 / 2010/693741

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Лагиран-Канталуб, Дж., Оффнер, Н., Чиби А., Лейбович М. П., Батонне-Пишон С., Тинтиньяк Л. А. и др. (2008). Фактор инициации eIF3-f является основной мишенью для функции atrogin1 / MAFbx при атрофии скелетных мышц. EMBO J . 27, 1266–1276. DOI: 10.1038 / emboj.2008.52

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Ланг, С. М., Кази, А. А., Хонг-Браун, Л., и Ланг, К. Х. (2012). Задержка восстановления массы скелетных мышц после иммобилизации задних конечностей у гетерозиготных мышей mTOR. PLoS ONE 7: e38910. DOI: 10.1371 / journal.pone.0038910

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Ли, Й.-П., Чен, Ю., Джон, Дж., Мойлан, Дж., Джин, Б., Манн, Д. Л. и др. (2005). TNF-α действует через p38 MAPK, чтобы стимулировать экспрессию убиквитинлигазы atrogin1 / MAFbx в скелетных мышцах. FASEB J . 19, 362–370. DOI: 10.1096 / fj.04-2364com

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Локиредди, С., Макфарлейн, К., Ге, X., Чжан, Х., Сзе, С. К., Шарма, М., и др. (2011a). Миостатин вызывает деградацию саркомерных белков через сигнальный механизм Smad3 во время истощения скелетных мышц. Мол. Эндокринол . 25, 1936–1949. DOI: 10.1210 / me.2011-1124

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Локиредди С., Мули В., Батлер-Браун Г., Глюкман П. Д., Шарма М., Камбадур Р. и др. (2011b). Миостатин способствует истощению культур миобластов человека, способствуя потере саркомерных белков, опосредованной убиквитин-протеасомным путем. Am. J. Physiol. Cell Physiol . 301, C1316 – C1324. DOI: 10.1152 / ajpcell.00114.2011

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Луис, Э., Рауэ, У., Янг, Ю., Джемиоло, Б., и Траппе, С. (2007). Динамика экспрессии протеолитических, цитокиновых и миостатиновых генов после интенсивной физической нагрузки в скелетных мышцах человека. J. Appl. Physiol . 103, 1744–1751. DOI: 10.1152 / japplphysiol.00679.2007

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Марино, Дж.S., Tausch, B.J., Dearth, C.L., Manacci, M.V., Mcloughlin, T.J., Rakyta, S.J., et al. (2008). β2-Интегрины способствуют гипертрофии скелетных мышц у мышей. Am. J. Physiol. Cell Physiol . 295, C1026 – C1036. DOI: 10.1152 / ajpcell.212.2008

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Минетти, Г. К., Фейдж, Дж. Н., Розенштиль, А., Бомбард, Ф., Мейер, В., Вернер, А. и др. (2011). Передача сигналов Galphai2 способствует гипертрофии скелетных мышц, дифференцировке миобластов и регенерации мышц. Sci. Сигнал . 4, ra80. DOI: 10.1126 / scisignal.2002038

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Миядзаки М., Маккарти Дж. Дж., Феделе М. Дж. И Эссер К. А. (2011). Ранняя активация передачи сигналов mTORC1 в ответ на механическую перегрузку не зависит от передачи сигналов фосфоинозитид-3-киназа / Akt. J. Physiol . 589, 1831–1846. DOI: 10.1113 / jphysiol.2011.205658

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Муртон, А.Дж., Константин, Д., и Гринхафф, П. Л. (2008). Участие протеасомной системы убиквитина в ремоделировании и атрофии скелетных мышц человека. Biochim. Биофиз. Acta 1782, 730–743. DOI: 10.1016 / j.bbadis.2008.10.011

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Филлипс, С. М., Типтон, К. Д., Арсленд, А., Вольф, С. Е., и Вулф, Р. Р. (1997). Синтез и распад смешанного мышечного белка после упражнений с отягощениями у людей. Am. Дж.Physiol . 273, E99 – E107.

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст

Раяварапу, С., Коли, В., и Нагараджу, К. (2012). Стресс эндоплазматического ретикулума в гомеостазе и заболевании скелетных мышц. Curr. Ревматол. Репутация . 14, 238–243. DOI: 10.1007 / s11926-012-0247-5

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Рок, К. Л., Грамм, К., Ротштейн, Л., Кларк, К., Стейн, Р., Дик, Л. и др. (1994). Ингибиторы протеасомы блокируют деградацию большинства клеточных белков и образование пептидов, представленных на молекулах MHC класса I. Cell 78, 761–771. DOI: 10.1016 / S0092-8674 (94) -6

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Роммель, К., Бодин, С. К., Кларк, Б. А., Россман, Р., Нуньес, Л., Стит, Т. Н. и др. (2001). Посредничество IGF-1-индуцированной гипертрофии скелетных миотрубок с помощью путей PI (3) K / Akt / mTOR и PI (3) K / Akt / GSK3. Нат. Ячейка Биол . 3, 1009–1013. DOI: 10.1038 / ncb1101-1009

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Сандри, М., Сандри, К., Гилберт, А., Скурк, К., Калабрия, Э., Пикард, А. и др. (2004). Факторы транскрипции Foxo индуцируют связанную с атрофией убиквитинлигазу атрогин-1 и вызывают атрофию скелетных мышц. Cell 117, 399–412. DOI: 10.1016 / S0092-8674 (04) 00400-3

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Sartori, R., Schirwis, E., Blaauw, B., Bortolanza, S., Zhao, J., Enzo, E., et al. (2013). Передача сигналов BMP контролирует мышечную массу. Нат. Genet . 11, 1309–1318.DOI: 10,1038 / нг.2772

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Тинтиньяк, Л. А., Лагиран, Дж., Батонне, С., Сирри, В., Лейбович, М. П., и Лейбович, С. А. (2005). Распад MyoD, опосредованный убиквитинлигазой SCF (MAFbx). J. Biol. Chem . 280, 2847–2856. DOI: 10.1074 / jbc.M411346200

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Тисдейл, М. Дж. (2005). Путь убиквитин-протеасома как терапевтическая мишень при мышечном истощении. J. Поддержка. Онкол . 3, 209–217.

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст

Вари, Т. К., Фрост, Р. А., и Ланг, К. Х. (2008). Острая алкогольная интоксикация увеличивает мРНК атрогина-1 и MuRF1 без увеличения протеолиза в скелетных мышцах. Am. J. Physiol. Regul. Интегр. Комп. Physiol . 294, R1777 – R1789. DOI: 10.1152 / ajpregu.00056.2008

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Waddell, D. S., Baehr, L. M., Van Den Brandt, J., Johnsen, S.A., Reichardt, H.M., Furlow, J.D., et al. (2008). Глюкокортикоидный рецептор и FOXO1 синергетически активируют ген MuRF1, связанный с атрофией скелетных мышц. Am. J. Physiol. Эндокринол. Метаб . 295, E785 – E797. DOI: 10.1152 / ajpendo.00646.2007

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Янг Ю., Джемиоло Б. и Траппе С. (2006). Экспрессия протеолитической мРНК в ответ на упражнения с отягощениями в отдельных волокнах скелетных мышц человека. J. Appl. Physiol . 101, 1442–1450. DOI: 10.1152 / japplphysiol.00438.2006

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Занчи, Н. Е., Де Сикейра Филью, М. А., Лира, Ф. С., Роса, Дж. К., Ямасита, А. С., Де Оливейра Карвалью, К. Р. и др. (2009). Хронические тренировки с отягощениями снижают экспрессию генов MuRF-1 и Atrogin-1, но не изменяют уровни Akt, GSK-3beta и p70S6K у крыс. Eur. J. Appl. Physiol . 106, 415–423. DOI: 10.1007 / s00421-009-1033-6

Pubmed Реферат | Pubmed Полный текст | CrossRef Полный текст

Гипертрофия: рост мышц, механизмы, проблемы

Гипертрофия определяется как увеличение размера клеток, тканей или органов в вашем теле.Гипертрофия мышц может возникнуть в результате физических упражнений, особенно силовых тренировок. Поднятие тяжестей и постоянная (и безопасная) нагрузка на мышечную ткань могут привести к ее увеличению. Не следует путать гипертрофию с гиперплазией, то есть увеличением количества клеток в организме. Вот как в организме возникает гипертрофия.

Джессика Петерсон / Getty Images

Анатомия мышцы

Вся мышечная ткань в вашем теле состоит из клеток, называемых миоцитами.В вашем теле есть три типа мышечной ткани. К ним относятся:

  • Сердечная мышца : Сердечная мышца — это тип мышечной клетки в вашем сердце.
  • Гладкая мышца : Этот тип мышц находится в вашем кишечном тракте и в некоторых других местах вашего тела (например, в легких).
  • Скелетная мышца : Скелетная мышца — это мышечная ткань, которая прикрепляется к кости и используется для движения конечностей и туловища.

Клетки скелетных мышц имеют длинную цилиндрическую форму и содержат множество ядер.Внешнее покрытие мышечных клеток называется сарколеммой , а внутренний гель клетки называется саркоплазмой . В саркоплазме молекулы миоглобина хранят кислород, а молекулы гликогена — глюкозу.

Кислород и глюкоза обеспечивают мышечную клетку энергией.

Также в саркоплазме актиновые и миозиновые нити образуют белковые цепи, которые могут скользить и скользить друг мимо друга во время мышечных сокращений.

Как возникает гипертрофия?

Гипертрофия — это увеличение размера мышечных клеток.Когда мышечная ткань подвергается механическому стрессу, происходит активация миогенных стволовых клеток , , что приводит к восстановлению поврежденной мышечной ткани и увеличению размера мышечных клеток.

Эти механизмы включают:

  • Набухание клеток : Во время тренировки ваши мышечные клетки используют энергию кислорода и глюкозы для сокращения. Это приводит к увеличению притока крови к сокращающейся мышце и временному набуханию клеток. Набухание мышечных клеток вызывает выброс анаболических гормонов (например, гормона роста), которые приводят к активации миогенных стволовых клеток.
  • Повреждение мышечных клеток : Когда вы тренируетесь, вы наносите небольшое повреждение мышечным клеткам, что активирует миогенные стволовые клетки.
  • Гипоксия клеток : Гипоксия — это состояние, при котором в тканях тела не хватает кислорода. Упражнения с отягощениями могут привести к временной гипоксии из-за повышенного потребления кислорода и сжатия мышц. Гипоксия сигнализирует о высвобождении гормонов, которые помогают регулировать лактат и гормон роста в мышечных клетках.
  • Гормон роста : Когда вы выполняете силовые упражнения, вырабатывается гормон роста.Этот гормон активен в процессе восстановления мышечных клеток и увеличивает мышечную силу. Гормон роста также снижает эффект миостатина , гормона, ингибирующего рост в мышечных клетках. Это отключение миостатина приводит к увеличению мышечных клеток (гипертрофии).

Итак, как безопасно подвергнуть мышечную ткань стрессу, чтобы запустить цепочку событий, ведущих к гипертрофии мышц? Упражнение и движение.

Методы, вызывающие гипертрофию

Самый эффективный способ вызвать гипертрофию мышц — это упражнения.

Упражнения с высокой интенсивностью силовых тренировок вызывают незначительных повреждений клеток скелетных мышц, и это приводит в движение высвобождение анаболических гормонов, вызывающих гипертрофию мышц.

Думайте о силовых тренировках как о создании небольшого стресса и травм ваших мышц. Восстановление этих мышц вашим телом адаптируется к созданию ткани, которая становится немного прочнее, подготавливая ваши мышцы к эффективному управлению будущими стрессами, которые могут быть на них возложены.

Сердечная мышца

Выполнение аэробных упражнений оказывает аналогичное влияние на ткань сердечной мышцы.Напряжение сердечной мышцы (в разумных пределах) помогает сердечной ткани расти в ответ на этот стресс.

Регулярные аэробные упражнения улучшают эффективность сердечной мышцы.

Наращивание мышц при травме

Иногда вы не сможете выполнять высокоинтенсивные силовые тренировки, например, после травмы. Но вы все равно можете захотеть создать среду, в которой может происходить рост мышц и гипертрофия.

Иногда это достигается с помощью тренировки по ограничению кровотока.Этот метод лечебной физкультуры предполагает использование специальных манжет для ограничения притока крови к мышцам. Выполняются упражнения с низкой интенсивностью и частым повторением, а затем снимаются наручники. Было доказано, что этот метод приводит к гипертрофии мышц, даже когда нельзя проводить тренировки с высокими нагрузками.

Обязательно поговорите со своим врачом, физиотерапевтом или личным тренером, прежде чем начинать какие-либо упражнения для роста или гипертрофии мышц.

Вредная гипертрофия мышц

Рост мышц хороший.Это означает, что вы становитесь сильнее и регулярно тренируетесь. Но гипертрофию тоже можно считать ненормальной.

Иногда ваше сердце может стать аномально гипертрофированным. Это называется гипертрофией сердца или гипертрофией левого желудочка (ГЛЖ).

Причины ГЛЖ могут включать:

По сути, эти проблемы заставляют ваше сердце усердно работать, чтобы продолжать перекачивать кровь по всему телу каждый день. Эта избыточная работа создает нездоровую нагрузку на ткань сердечной мышцы, что приводит к гипертрофии.

Симптомы гипертрофии сердца могут включать:

  • Одышка
  • Обморок или головокружение
  • Ощущение трепетания в груди
  • Боль в груди

Если у вас есть какие-либо из этих симптомов или вы подозреваете какие-либо проблемы с сердцем, немедленно обратитесь к врачу. Они могут оценить ваше состояние и поставить правильный диагноз, который подберет для вас правильное лечение.

Патологические состояния, связанные с гипертрофией скелетных мышц, встречаются очень редко.Одно из состояний, называемое гипертрофией мышц, связанной с миостатином, является генетическим заболеванием, характеризующимся низким содержанием жира в организме и гипертрофией мышц. Это состояние встречается редко и обычно не вызывает других проблем или нарушений.

Слово от Verywell

Гипертрофия мышц — это рост отдельных мышечных клеток. Это заставляет ваши мышцы расти больше в ответ на упражнения, особенно во время тренировок с отягощениями высокой интенсивности. В большинстве случаев гипертрофия мышц — это хорошо; он сигнализирует о том, что ваши мышцы нормально растут или нормально реагируют на упражнения с отягощениями.Иногда гипертрофия может быть вредной, особенно при заболеваниях сердечной мышечной ткани. Понимание того, как работает гипертрофия мышц, может помочь вам выбрать лучший способ увеличить размер мышц и улучшить общую мышечную производительность.

Гипертрофия: когда размер имеет значение.

Гипертрофия — это часть процесса укрепления мышц, происходящего в организме. Этот процесс не только увеличивает размер мышцы, но также увеличивает ее силу и способность выдерживать большие нагрузки, а также защищает ее от болезненности и повреждений, вызванных предыдущими тренировками.В этой статье вы узнаете, что происходит в ваших мышцах, когда они растут, какие движения запускают процесс гипертрофии и почему это не просто эстетика.

Определение гипертрофии

Гипертрофия определяется как процесс, который происходит в организме в результате тренировки с отягощениями, которая приводит к росту или усилению мышцы или, скорее, поперечного сечения мышцы. Гипертрофия заставляет ваши мышцы увеличиваться в размерах, а также стимулирует деление клеток в мышцах — процесс, называемый гиперплазией — о чем мы поговорим позже.

Что происходит? Процесс гипертрофии и гиперплазии

Мы уже говорили вам, что гипертрофия увеличивает поперечное сечение мышц и увеличивает силу самих мышц, но этот процесс также включает в себя обучение тела тому, как использовать больше мышечных волокон. Следовательно, гипертрофия необходима не только для макс. силовые тренировки, а также для улучшения результатов во всех видах спорта.

В первые 14 дней — 3 недели тренировки на гипертрофию (мы перейдем к самой тренировке позже) тело учится использовать больше мышечных волокон и координировать волокна, которые уже есть.Хотя гипертрофии еще нет, до 40% прогресса на этом этапе сводится к улучшению координации, которая происходит в «фазе адаптации» — подумайте об этом как: нет роста, больше волокон. Как только мышцы научатся использовать больше волокон, они начнут расти. Эта стадия роста — гипертрофия.

Гиперплазия — это аналогичный процесс, который происходит, когда мышечное волокно становится слишком большим. Здесь клетки мышечного волокна расщепляются и становятся меньше, чтобы обеспечить более энергоэффективный способ для организма обеспечивать клетки необходимым им кислородом.По прошествии 6-8 недель эффекты роста начинают замедляться, если ваш метод силовых тренировок не будет изменен и адаптирован. Вот почему индивидуальный подход к каждому человеку так важен для обеспечения постоянного прогресса.

Какая тренировка вызывает гипертрофию?

Гипертрофия возникает, когда мышцы работают до предела, что иногда также может сопровождаться болезненностью мышц. Тренировка, вызывающая гипертрофию, должна включать применение концепций механического и метаболического напряжения.Механическое напряжение относится к сопротивлению с отягощениями или тренировкам с собственным весом, а время, в течение которого ваша мышца находится в напряжении, и метаболическое напряжение описывает «ощущение жжения» мышцы — так, например, точка, в которой ваши мышцы начинают гореть при выполнении упражнения. Сочетание всего этого на тренировке приведет к гипертрофии (и, возможно, к некоторым болям в мышцах на следующий день!).

В области научных тренировок утверждается, что особенно плиометрические движения, такие как бег вниз по склону или прыжки на что-либо, в значительной степени связаны с ростом мышц.Почему? Для плиометрических упражнений ваше тело должно использовать эксцентрическое сокращение мышц, чтобы поглотить силу, испытываемую вашим телом. Известно, что эксцентрическое сокращение мышц вызывает сильнейшую болезненность мышц, и помните: болезненность мышц = гипертрофия.

Это также результат макс. Силовая тренировка, при которой ваше тело сначала учится использовать мышечные волокна, поднимая максимальный вес (конечно, под наблюдением) на 1-3 повторения. Затем, как только эти волокна будут активированы, увеличьте количество повторений до 8-10.Почему 8-10 спросите вы? Это правило триггера гипертрофии. Будь то тренировки с собственным весом или поднятие тяжестей, известно, что 8-10 повторений — лучшее количество для стимулирования роста мышц. Вы также можете задаться вопросом — с точки зрения производительности — почему вашему телу отчаянно нужно наращивать мышцы? Это физика: определенное количество мышечной массы может перемещать только определенное количество веса. Совершенно очевидно, что для того, чтобы больше двигаться, вам понадобится больше мышечной массы.

Большие мышцы обеспечивают силу, а при правильном использовании сила приносит пользу повседневной жизни, а не только эстетику.

Миофибриллярная гипертрофия, вызванная физической нагрузкой, является одной из причин увеличения мышечной силы

  • 1.

    Бакнер С.Л., Данкель С.Дж., Мэттокс К.Т., Джесси М.Б., Мусер Дж. Г., Графс Б.Р. и др. Проблема мышечной гипертрофии: к новому взгляду. Мышечный нерв. 2016; 54 (6): 1012–4.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 2.

    Хорнсби В.Г., Джентлз Дж. А., Хафф Г. Г., Стоун М. Х., Бакнер С. Л., Данкель С. Дж. И др. Как гипертрофия мышц влияет на силу и спортивные результаты? J Strength Cond Res.2018; 40 (6): 99–111.

    Артикул Google ученый

  • 3.

    Миль К., Дассен В., Койперс Х. Ремоделирование сердца: концентрическая и эксцентрическая гипертрофия у спортсменов, занимающихся силовыми видами спорта и на выносливость. Нет Харт Дж. 2008; 16 (4): 129–33.

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google ученый

  • 4.

    Йоханссон Б. Различные типы гипертрофии гладких мышц. Гипертония.1984; 6 Чт 6 (2): III64.

    Google ученый

  • 5.

    Stone MH. Последствия для изменений соединительной ткани и костей в результате тренировок с отягощениями. Медико-спортивные упражнения. 1988. 20 (5 доп.): S162–8.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 6.

    Кьяер М. Роль внеклеточного матрикса в адаптации сухожилий и скелетных мышц к механической нагрузке.Physiol Rev.2004; 84 (2): 649–98.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 7.

    Крибб П.Дж., Хейс А. Влияние времени приема добавок и упражнений с отягощениями на гипертрофию скелетных мышц. Медико-спортивные упражнения. 2006. 38 (11): 1918–25.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 8.

    Робертс М., Ромеро М., Мобли С., Мамфорд П., Роберсон П., Хаун С. и др. Различия в объеме митохондрий в скелетных мышцах и белке миозенина-1 у людей с высоким и низким анаболическим ответом на тренировки с отягощениями: PeerJ Preprints2018.Номер отчета: 2167-9843.

  • 9.

    Макдугалл Дж., Сейл Д., Старейшина Дж., Саттон Дж. Ультраструктурные характеристики мышц у элитных пауэрлифтеров и бодибилдеров. Eur J Appl Physiol Occup Physiol. 1982. 48 (1): 117–26.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 10.

    Сифф М. Биомеханические основы силовой и силовой тренировки. Лондон: Blackwell Scientific Ltd; 2000. с. 103–39.

    Google ученый

  • 11.

    Камень MH. Изложение позиции: взрывные упражнения и тренировки. Strength Cond J. 1993; 15 (3): 7–15.

    Артикул Google ученый

  • 12.

    Паренте В., Д’Антона Дж., Адами Р., Миотти Д., Каподаглио П., Де Вито Дж. И др. Длительные тренировки с отягощениями улучшают силу и скорость укорочения отдельных мышечных волокон без нагрузки у пожилых женщин. Eur J Appl Physiol. 2008; 104 (5): 885.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 13.

    Ахтиайнен Дж. П., Уокер С., Пелтонен Х., Холвиала Дж., Силланпяя Е., Каравирта Л. и др. Неоднородность мышечной силы и массовых реакций, вызванных тренировкой с отягощениями, у мужчин и женщин разного возраста. Возраст. 2016; 38 (1): 10.

    Артикул PubMed PubMed Central Google ученый

  • 14. ул.

    СФ. Боковая передача напряжения в миофибриллах лягушки: миофибриллярная сеть и поперечные цитоскелетные связи являются возможными передатчиками.J. Cell Physiol. 1983; 114 (3): 346–64.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 15.

    Рамасвами К.С., Палмер М.Л., Ван Дер Меулен Дж. Х., Рену А., Костроминова Т.Ю., Мишель Д.Э. и др. Боковая передача силы нарушена в скелетных мышцах дистрофических мышей и очень старых крыс. J Physiol. 2011. 589 (5): 1195–208.

    Артикул CAS PubMed PubMed Central Google ученый

  • 16.

    Huijing PA. Мышцы как композит, армированный коллагеновыми волокнами: обзор передачи силы в мышце и всей конечности. J Biomech. 1999. 32 (4): 329–45.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 17.

    Джонс Д., Резерфорд О., Паркер Д. Физиологические изменения скелетных мышц в результате силовых тренировок. Q J Exp Physiol. 1989. 74 (3): 233–56.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 18.

    Huxley AF. Строение мышц и теории сокращения. Prog Biophys Biophys Chem. 1957; 7: 255–318.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 19.

    van der Pijl R, Strom J, Conijn S, Lindqvist J, Labeit S, Granzier H, et al. Механочувствительность на основе тайтина модулирует мышечную гипертрофию. J Cachexia Sarcopenia Muscle. 2018; 9 (5): 947–61.

    Артикул PubMed PubMed Central Google ученый

  • 20.

    Миллер М.С., Каллахан Д.М., Тот MJ. Адаптация миофиламентов скелетных мышц к старению, болезням и неиспользованию и их влияние на работоспособность всей мускулатуры у пожилых людей. Front Physiol. 2014; 5: 369.

    Артикул PubMed PubMed Central Google ученый

  • 21.

    Гилливер С., Дегенс Х., Риттвегер Дж., Сарджант А., Джонс Д. Различия в детерминантах мощности мышечных волокон человека с химически очищенной кожей. Exp Physiol. 2009. 94 (10): 1070–8.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 22.

    Траппе С., Уильямсон Д., Годар М., Портер Д., Роуден Г., Костилл Д. Влияние силовых тренировок на сократительную функцию отдельных мышечных волокон у пожилых мужчин. J Appl Physiol. 2000. 89 (1): 143–52.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 23.

    Видрик Дж. Дж., Стельцер Дж. Э., Шуп ТК, Гарнер Д. П.. Функциональные свойства мышечных волокон человека после краткосрочных тренировок с отягощениями.Am J Physiol Regul Integr Comp Physiol. 2002; 283 (2): R408–16.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 24.

    Dankel SJ, Kang M, Abe T., Loenneke JP. Тренировка с отягощениями вызвала изменения силы и удельной силы на уровне волокон и всей мышцы: метаанализ. Eur J Appl Physiol. 2019; 119 (1): 265–78.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 25.

    Продажа DG. Нейронная адаптация к тренировкам с отягощениями. Медико-спортивные упражнения. 1988. 20 (5 доп.): S135–45.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 26.

    Габриэль Д.А., Камен Г., Фрост Г. Нейронные адаптации к упражнениям с сопротивлением. Sports Med. 2006. 36 (2): 133–49.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 27.

    Моритани Т. Нервные факторы против гипертрофии в зависимости от времени набора мышечной силы.Am J Phys Med. 1979. 58 (3): 115–30.

    CAS PubMed Google ученый

  • 28.

    Seynnes OR, de Boer M, Narici MV. Ранняя гипертрофия скелетных мышц и архитектурные изменения в ответ на высокоинтенсивные тренировки с отягощениями. J Appl Physiol. 2007. 102 (1): 368–73.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 29.

    Balshaw TG, Massey GJ, Maden-Wilkinson TM, Lanza MB, Folland JP.Нейронная адаптация после 4 лет против 12 недель тренировок с отягощениями против нетренированных. Scand J Med Sci. 2019; 29: 348–59.

    Google ученый

  • 30.

    Maeo S, Shan X, Otsuka S, Kanehisa H, Kawakami Y. Нервно-мышечные адаптации к максимальной эксцентрической тренировке в соответствии с работой по сравнению с концентрической тренировкой. Медико-спортивные упражнения. 2018; 50 (8): 1629.

    Артикул PubMed PubMed Central Google ученый

  • 31.

    Эрскин Р.М., Джонс Д.А., Маффулли Н., Уильямс А.Г., Стюарт К.Э., Дегенс Х. Что вызывает усиление специфического мышечного напряжения in vivo после тренировки с отягощениями? Exp Physiol. 2011. 96 (2): 145–55.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 32.

    Erskine RM, Fletcher G, Folland JP. Вклад гипертрофии мышц в силу изменяется после тренировки с отягощениями. Eur J Appl Physiol. 2014. 114 (6): 1239–49.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 33.

    Наричи М.В., Хоппелер Х., Кайзер Б., Ландони Л., Клаассен Х., Гаварди С. и др. Площадь поперечного сечения четырехглавой мышцы, крутящий момент и нервная активация в течение 6 месяцев силовой тренировки. Acta Physiol Scand. 1996. 157 (2): 175–86.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 34.

    Крибб П.Дж., Уильямс А.Д., Статис К.Г., Кэри М.Ф., Хейс А. Влияние изолята сыворотки, креатина и силовых тренировок на мышечную гипертрофию. Медико-спортивные упражнения.2007. 39 (2): 298–307.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 35.

    Бейкер Д., Уилсон Дж., Карлайон Р. Периодизация: влияние на силу манипулирования объемом и интенсивностью. J Strength Cond Res. 1994. 8 (4): 235–42.

    Google ученый

  • 36.

    Appleby B, Newton RU, Cormie P. Изменения в силе профессиональных игроков союза регби за 2 года.J Strength Cond Res. 2012. 26 (9): 2538–46.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 37.

    Сиахкухян М., Хедаятнея М. Корреляции антропометрических переменных и переменных состава тела с показателями молодых элитных тяжелоатлетов. J Hum Kinet. 2010. 25: 125–31.

    Артикул Google ученый

  • 38.

    Блазевич А.Дж., Коулман Д.Р., Хорн С., Каннаван Д. Анатомические предикторы максимального изометрического и концентрического момента разгибателя колена.Eur J Appl Physiol. 2009. 105 (6): 869–78.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 39.

    Trezise J, Collier N, Blazevich AJ. Анатомические и нервно-мышечные переменные сильно предсказывают максимальный момент разгибания колена у здоровых мужчин. Eur J Appl Physiol. 2016; 116 (6): 1159–77.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 40.

    Литцке М. Взаимосвязь между суммой подъема тяжестей и массой тела.Наука. 1956; 124 (3220): 486–7.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • 41.

    Brechue WF, Abe T. Роль накопления FFM и архитектуры скелетных мышц в пауэрлифтинге. Eur J Appl Physiol. 2002. 86 (4): 327–36.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 42.

    Выготский А.Д., Шенфельд Б.Дж., Тхан С., Браун Дж. М.. Важны методы: соотношение между силой и гипертрофией зависит от методов измерения и анализа.PeerJ. 2018; 6: e5071.

    Артикул PubMed PubMed Central Google ученый

  • 43.

    Loenneke JP, Rossow LM, Fahs CA, Thiebaud RS, Grant Mouser J, Bemben MG. Динамика роста мышц и его связь с мышечной силой как у молодых, так и у пожилых женщин. Гериатр Геронтол Инт. 2017; 17 (11): 2000–7.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 44.

    Loenneke JP, Buckner SL, Dankel SJ, Abe T.Изменения размера мышц, вызванные упражнениями, не влияют на изменения мышечной силы, вызванные упражнениями. Sports Med. 2019. https://doi.org/10.1007/s40279-019-01106-9.

  • 45.

    Fuller WA. Модели погрешностей измерений, т. 305. Хобокен: Уайли; 2009.

    Google ученый

  • 46.

    Шонфельд Б.Дж., Гргич Дж., Огборн Д., Кригер Дж. В.. Адаптация силы и гипертрофии между тренировками с отягощениями с низкой и высокой нагрузкой: систематический обзор и метаанализ.J Strength Cond Res. 2017; 31 (12): 3508–23.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 47.

    Бхасин С., Вудхаус Л., Касабури Р., Сингх А.Б., Бхасин Д., Берман Н. и др. Зависимость реакции от дозы тестостерона у здоровых молодых мужчин. Am J Physiol Endocrinol Metab. 2001; 281 (6): E1172–81.

    Артикул CAS PubMed Google ученый

  • Гипертрофия звездчатых клеток печени связана с метаболическим фиброзом печени

    CDAHFD вызывает стеатоз, вздутие живота, воспаление и прогрессирующий фиброз печени

    Мы провели гистопатологическую оценку поражений печени, вызванных диетой.На рис. 1а показаны репрезентативные микрофотографии окраски гематоксилином и эозином (H&E) и окрашиванием Sirius Red срезов печени мышей после кормления стандартной диетой (SD) или CDAHFD в течение 6 и 22 недель. Стеатоз достиг максимальной оценки 3 из 3 -й недели CDAHFD (рис. 1c). Степень 2 лобулярного воспаления, характеризуемого воспалительными очагами, наблюдалась с 3 недели и сохранялась на протяжении всего приема диеты (рис. 1d). Раздувание гепатоцитов было также замечено в печени мышей, получавших CDAHFD (рис.1b), но не в печени мышей, получавших SD. Более того, небольшой перисинусоидальный фиброз был обнаружен на 6 неделе введения CDAHFD, который начинался с центрилобулярной зоны и постепенно развивался до выраженной стадии с 9 недель, а затем стабилизировался на протяжении 22 недель эксперимента (рис. 1e). Эти повреждения печени были особенно воспроизводимы, поскольку они были обнаружены у всех мышей, получавших CDAHFD. Метаболические аномалии, наблюдаемые у мышей, получавших CDAHFD в течение 22 недель, были в основном значительным увеличением веса печени и маркеров повреждения печени, АЛТ (аланинтрансаминаза) и AST (аспартаттрансаминаза) и соответствовали характеристике модели, как сообщалось ранее. 11 .

    Рисунок 1

    Гистологическая характеристика модели мышей CDAHFD. ( a ) Гистологическая окраска (вверху: гематоксилин / эозин, низкая: Sirius Red) мышей, получавших стандартную диету или CDAHFD, в течение 6 или 22 недель. (b ) Пример раздувания гепатоцитов у мышей, получавших CDAHFD (стрелки). (c – e ) Гистологические баллы: стеатоз ( c ), воспаление ( d), и фиброз ( e ) как функция времени. Точки, соответствующие 3, 6 и 9 неделям в ( c ) и 12 и 15 неделям в (e ), не связаны с полосой ошибок, потому что для этих точек значения оценок идентичны, а стандартное отклонение поэтому 0.(n = 10–14 для каждой временной точки, означает ± стандартное отклонение).

    Гипертрофированные клетки, расположенные рядом с коллагеновыми волокнами, встречались в фиброзной печени

    Дальнейшее исследование срезов, окрашенных H&E, выявило клетки с набухшей цитоплазмой и увеличенными желтыми каплями (стрелки на рис. 2а). Эти клетки, которые можно охарактеризовать как гипертрофированные, в основном располагались в перисинусоидальном пространстве. Для количественной оценки этого явления при наблюдении при 200-кратном увеличении был установлен следующий балл: 0 = видимая гипертрофия отсутствует, 1 = видны маленькие и несколько гипертрофированных клеток, 2 = более крупные и менее 10 гипертрофированных клеток на поле микроскопа, 3 = более чем 10 гипертрофированных клеток, видимых в поле микроскопа.Этот гистологический признак был обнаружен на 6 неделе CDAHFD с высокой воспроизводимостью (100% мышей, получавших CDAHFD, демонстрировали гипертрофированные клетки), и прогрессивно увеличивался, следуя той же кинетике, что и при фиброзе (фиг. 2c). Кроме того, анализ срезов, окрашенных красным Сириусом, показал, что гипертрофированные клетки были близки к отложению коллагена (рис. 2b, стрелки). Из-за перисинусоидальной локализации гипертрофированных клеток, а также их близости к коллагеновым волокнам, разумно предположить, что эти клетки являются HSC.Одной из типичных особенностей HSC является содержание капель ретиноидов с хорошо охарактеризованной естественной флуоресценцией 12 . Затем, чтобы дополнительно охарактеризовать гипертрофированные клетки, мы выполнили анализ с помощью флуоресцентной микроскопии на срезах печени мышей, получавших SD или CDAHFD. На срезах CDAHFD наблюдались клетки, расположенные в перисинусоидальном пространстве с сильными скоплениями флуоресцентных капель (рис. 2e), тогда как на срезах печени мышей, получавших SD (рис. 2d), флуоресцентный сигнал не обнаруживался. Эти флуоресцентные области, обнаруженные на срезах CDAHFD, соответствовали гипертрофированным клеткам, наблюдаемым с помощью широкопольной микроскопии (рис.2а, стрелка). Микроскопический флуоресцентный спектральный анализ позволил нам проанализировать эти флуоресцентные капли на срезах печени CDAHFD. Характерный спектр флуоресценции ретиноидов был получен после возбуждения (λ exc = 480 нм) капель на срезе печени мыши, получавшем CDAHFD, и был наложен на спектр, полученный на каплях первичных HSC, очищенных от мышей, получавших SD, что подтвердило, что они действительно были капельками ретиноидов (рис. 2е и S1).

    Рисунок 2

    Гипертрофированные клетки расположены вместе с коллагеновыми волокнами и полны флуоресцентных капель.( a, b ) Совместное расположение (стрелки) гипертрофированных клеток ( a , окрашивание HE) и коллагеновых волокон ( b , окрашивание Sirius Red) через 9 недель CDAHFD. ( c ) Гипертрофия клеток (синие точки) и фиброз (красные треугольники) оцениваются как функция времени CDAHFD. (n = 10–14 для каждой временной точки, означает ± стандартное отклонение). ( d, e ) Комбинированные изображения флуоресцентных сигналов DAPI (голубой, λ exc = 405 нм) и ретиноидов (зеленый, λ exc = 488 нм) через 9 недель SD- ( d ) и CDAHFD- кормили мышей ( e ) ломтиками печени.(Стрелки: синусоидальное пространство, звезды: ретиноидные флуоресцентные капли). (f ) Нормализованные спектры испускания флуоресценции капель ретиноидов в первичных мышиных HSC (синий) и 12-недельном срезе печени мыши, получавшем CDAHFD (оранжевый), измеренные с помощью конфокальной микроскопии (λ exc = 480 нм, λ em = 490–790 нм).

    Эти результаты показывают, что гипертрофия, которую мы идентифицировали на клетках печени мышей, получавших CDAHFD, обусловлена ​​повышенным накоплением капель ретиноидов в их цитоплазме.

    Дальнейшая характеристика накопления ретиноидов

    Затем мы провели анализ с помощью многофотонной микроскопии, чтобы обнаружить как флуоресценцию ретиноидов, называемую RF (флуоресценция ретиноидов), так и специфический сигнал коллагеновых волокон (CF) с помощью генерации второй гармоники (SHG). микроскопия, называемая CF / SHG, на том же срезе без какой-либо обработки. Радиочастотный сигнал, соответствующий накоплению флуоресцентных капель ретиноида, был близко расположен к сигналу CF / SHG, что указывает на отложение коллагеновых волокон (рис.3а). Кинетика сигналов RF и CF / SHG развивалась одновременно на протяжении всего периода приема пищи (дополнительный рис. S2), что согласуется с наблюдениями, которые мы сделали ранее с классическими методами окрашивания (рис. 2a, b).

    Рисунок 3

    Пространственно-временной анализ флуоресценции ретиноидов (RF) и коллагеновых волокон (CF / SHG). ( a ) Пример коллокации флуоресценции ретиноидов (RF), отображаемой с помощью флуоресценции (слева), и волокон коллагена, отображаемых с помощью микроскопии генерации второй гармоники (CF / SHG) (в центре).Справа: слияние сигналов RF и CF / SHG. ( b ) Процент площади поверхности сигнала RF на общих срезах печени SD- или CDAHFD как функция времени. ( c ) Плотность RF-пятен (количество RF-участков на мм²) общих срезов печени SD- или CDAHFD как функция времени. ( d ) Процент площади поверхности сигнала CF / SHG на общих срезах печени SD- или CDAHFD как функция времени. ( b – d ) Статистика: n = 3–12 для каждой группы, медиана с межквартильным размахом, критерий Краскела-Уоллиса.( и ) Слияние сигналов RF и CF / SHG из 9-недельного среза печени мыши, получавшего CDAHFD (слева). Тепловая карта плотности радиочастотных пятен того же среза печени (справа). Цветовая шкала = количество радиочастотных пятен для квадрата 100 × 100 мкм. PV = воротная вена, CV = центрилобулярная вена. ( f ) Общее содержание ретиниловых эфиров в печени, измеренное с помощью ВЭЖХ, как функция времени SD или CDAHFD. (n = 4–7 для каждого условия, означает ± стандартное отклонение, критерий Манна-Уитни). * р <0,05; ** p <0,01; *** р <0,001.

    Используя разработанный нами конвейер анализа многофотонной микроскопии, мы затем провели пространственно-временное исследование сигналов RF и CF / SHG. Анализ изображений проводился с помощью макроса собственной разработки в среде FiJi. Для этого срезы печени мышей, получавших SD или CDAHFD в течение 3–22 недель, полностью сканировали с помощью многофотонной микроскопии как для сигналов RF, так и CF / SHG. В зависимости от размера радиочастотный сигнал может соответствовать капле, нескольким каплям, неразличимым в одной ячейке, или кластеру ячеек, нагруженному каплями.Радиочастотный сигнал обрабатывается, чтобы индивидуализировать каждую радиочастотную область как «пятна», что позволяет подсчитать их и определить поверхность каждой из них. Были идентифицированы и количественно оценены интересующие области (ROI) сигнала CF / SHG. В результате этих анализов были получены три параметра, которые были нанесены на график как функция времени диеты: процент площади среза, покрытой радиочастотным сигналом (рис. 3b), сигналом CF / SHG (рис. 3d) и количество радиочастотных участков на поверхности среза. ед., или RF-плотность (рис. 3в). При CDAHFD РЧ-сигнал был обнаружен с 6 недели, в то время как при SD он не обнаруживался независимо от времени диеты.Площадь RF, а также плотность RF постепенно увеличивались с 3 по 9 неделю CDAHFD и стабилизировались до конца эксперимента (22 недели) со средним значением 1,17% от общей площади поверхности (рис. 3b) и 62 фрагментами RF на мм² (n = 3) (рис. 3c). Интересно, что анализ распределения размеров радиочастотных пятен показал, что оно прогрессивно развивалось во время введения CDAHFD (дополнительный рисунок S2), показывая постепенное увеличение частоты более крупных радиочастотных участков. Что касается сигнала CF / SHG (рис. 3d), то при SD измерялся базальный сигнал, который поддерживался между 0.2 и 2,5% от общей площади среза. Это согласуется с присутствием коллагена вокруг вен и артерий, которое видно, например, на дополнительном рис. S2. При CDAHFD сигнал CF / SHG увеличивался с медианы 5,3% за 3 недели диеты и постепенно развивался до 9 недель диеты, достигая медианы 12,3% от общей площади среза. Разработанный нами алгоритм позволил проанализировать пространственное разделение сигналов RF и CF / SHG. Как показано на фиг. 3e, заметный перисинусоидальный фиброз наблюдался в центрилобулярных областях печени без вторжения в перипортальные области.Накопление RF было сильно сконцентрировано в центрилобулярной области, как показано на тепловой карте на рис. 3e. Следовательно, многофотонная микроскопия позволила нам как выделить начало появления ретиноидных капель гипертрофированных клеток, связанных с отложением коллагена, так и количественно оценить их одновременное развитие в зависимости от времени диеты.

    Этот результат, однако, противоречит общепринятой концепции, согласно которой HSC теряют свои ретиноидные капли, когда они дифференцируются в миофибробласты и продуцируют коллаген.Затем мы количественно определили, используя экстракцию ретиноидов и анализ ВЭЖХ (высокоэффективной жидкостной хроматографии), общее количество ретиниловых эфиров (форма хранения ретиноидов в HSC) и ретинола (свободная форма ретиноидов в печени), присутствующих в печени при SD- или CDAHFD. -кормить мышей в разное время. При SD уровень ретиниловых эфиров имел тенденцию к увеличению со временем, тогда как он был значительно ниже при CDAHFD уже через 3 недели и на протяжении всего эксперимента (рис. 3f). Такой же результат наблюдался для ретинола (дополнительный рис.S3). В целом, мыши потеряли запас ретиноидов, что согласуется с догмой о потере ретинола HSCs во время их активации 7 . Учитывая общий результат анализа печени, можно предположить, что у мышей, получавших SD, ретиниловые эфиры хранятся в небольших количествах в HSC, не обнаруживаемых флуоресценцией в тонких срезах печени, потому что сигнал ниже предела обнаружения флуоресценции. Интересно, что обнаружение RF стало возможным на более толстых (50 мкм) срезах печени мышей, получавших SD (данные не показаны).У мышей, получавших CDAHFD, во время установления фиброза HSC активируются и теряют запасы ретиноидов, что приводит к снижению общего количества ретиноидов в печени. Однако некоторые клетки будут удерживать оставшиеся ретиноиды в определенных областях, где ретинол будет «чрезмерно сконцентрирован» в гипертрофированных клетках.

    Экспрессия специфических маркеров звездчатых клеток печени

    Чтобы дополнительно охарактеризовать эти области гипертрофированных клеток, мы исследовали экспрессию маркеров HSC: десмина, промежуточного филамента, экспрессируемого в HSC независимо от их статуса активации 13 , и cRBP1 (клеточный ретинол). связывающий белок-1), белок, участвующий в транспорте ретинола и сильно экспрессируемый в HSC 14 (рис.4). На SD-срезах метка десмина удлиненной формы была обнаружена на клетках вдоль перисинусоидального пространства (рис. 4a). На срезах CDAHFD мечение десмина обнаруживалось с большей частотой, показывая вместе удлиненную форму и более округлую форму (рис. 4b). Перекрытие сигналов десмина и RF показало две популяции десмин-положительных клеток, одну популяцию, которая также представляла флуоресцентные капли ретиноидов (звездочки, рис. 4c), и другую популяцию, которая была положительной для десмина без RF (стрелки, рис.4в). Обе десмин-положительные популяции наблюдались после 3 -й недели диеты, и сигнал десмина прогрессивно возрастал с увеличением продолжительности диеты (дополнительный рисунок S4). Увеличение репрезентативной области гипертрофии показало, что маркировка десмина окружала область скопившихся капель ретиноида (рис. 4d). Количественная оценка показала положительность десмина в 80% скоплений гипертрофированных клеток после 9 и 12 недель диеты.

    Рисунок 4

    Экспрессия специфических маркеров HSC в областях гипертрофии.( a – d ) Мечение десмином 9-недельных срезов печени мышей, получавших SD- ( a ) и CDAHFD ( b d ). Перекрытие сигналов DAPI, RF и desmin ( a, c, d ) или сигналов DAPI и desmin ( b ). Стрелки: десмин-положительные клетки. Звездочки: десмин- и ретиноид-положительные клетки. (e – h ) мечение cRBP1 9-недельных срезов печени мышей, получавших SD- ( e ) и CDAHFD ( f – h ). Перекрытие сигналов DAPI, RF и cRBP1 ( e, g, h ) или DAPI и cRBP1 ( f ).

    На SD-срезах мечение cRBP1 наблюдалось на клетках, расположенных в перисинусоидальном пространстве (рис. 4e). На срезах CDAHFD большое, сильно локализованное мечение всегда присутствовало в областях гипертрофии клеток (рис. 4f, g). Действительно, 91% кластеров гипертрофированных клеток были cRBP1-положительными (n = 700 подсчитанных областей). В отличие от того, что наблюдалось с десмином, мечение cRBP1 не наблюдалось на клетках, лишенных ретиноидного сигнала. Мечение cRBP1 прогрессивно увеличивалось со временем диеты, и каждая положительная клетка cRBP1 демонстрировала накопление капель ретиноида (дополнительный рис.S4). Увеличение области гипертрофии показало интенсивное мечение cRBP1 в гипертрофированных клетках, близко окружающих капельки ретиноидов (рис. 4h).

    При SD мы наблюдали перисинусоидальные клетки, показывающие как десмин, так и метку cRBP1, характерную для HSC. При CDAHFD были охарактеризованы два типа клеток: перисинусоидные десмин-положительные клетки без радиочастотного сигнала и гипертрофированные клетки в определенных областях, показывающие накопление ретиноидных капель и мечение как десмина, так и cRBP1. Следовательно, можно предположить, что гипертрофированные клетки, содержащие капли ретиноида в этой конкретной области, имеют звездчатый тип.

    Затем мы исследовали распределение маркеров активированных HSC на срезах печени мышей, получавших CDAHFD и SD.

    Экспрессия маркеров активированных HSC

    Альфа-актин гладких мышц (α – SMA) является широко признанным маркером активированных HSC 15 . На срезах печени мышей, получавших SD, мечение α-SMA было обнаружено только вокруг вен (фиг. 5a), тогда как для мышей, получавших CDAHFD, значимое мечение было обнаружено по всей паренхиме (фиг. 5b). Мечение α-SMA в паренхиме наблюдалось с 3 -й недели диеты и прогрессивно увеличивалось на диете (дополнительный рис.S4). Увеличение области гипертрофии показало, что маркировка α-SMA точно соответствует форме капель, указывая на одновременное присутствие капель α-SMA и ретинола в гипертрофированных клетках (рис. 5c и S4D). Мы количественно определили 92,5% кластеров гипертрофированных клеток, окруженных меткой α-SMA, через 12 недель диеты (n> 200 событий). Более того, как мы наблюдали для десмина, некоторые α-SMA-положительные клетки не имели ретиноидного сигнала. Затем мы исследовали пролиферативное состояние гипертрофированных клеток с использованием мечения Ki67.У мышей, получавших SD, наблюдались некоторые редкие положительные ядра (рис. 5d). Для мышей, получавших CDAHFD, мечение Ki67 было гораздо более частым и наблюдалось как в паренхиме, так и в областях гипертрофии клеток, демонстрируя регенеративное состояние печени при повреждении (рис. 5e). Однако Ki67-положительные клетки были менее распространены в областях с гипертрофией, составляя 14% от меченых клеток на 9 и 12 неделях диеты. Увеличенное изображение гипертрофированных клеток показало продолжающееся деление клетки, окруженное капельками ретиноидов (рис.5е).

    Рисунок 5

    Экспрессия маркеров активированных HSC в областях гипертрофии. ( a – c ) Мечение α-SMA 9-недельных срезов печени мышей, получавших SD- ( a ) и CDAHFD ( b, c ). Перекрытие сигналов DAPI, RF и α-SMA. Стрелки: α-SMA-положительные клетки; звезды: α-SMA- и ретиноид-положительные клетки. ( d, e ) Мечение Ki67 мышей, получавших 9 недель SD- ( d ) и CDAHFD ( e, f ). Перекрытие сигналов DAPI, RF и Ki67.

    В заключение экспериментов по иммунофлуоресценции, клетки, локализованные в областях гипертрофии, показали как характеристики неактивированных HSC, поскольку они сохраняли свою способность к накоплению ретиноидов и были десмином и cRBP1-положительными, так и характеристики активированных HSC, поскольку они экспрессировали α-SMA и были разрастается.Более того, мы обнаружили, что в печени мышей, получавших CDAHFD, сосуществуют две популяции HSC, одна популяция «изолированных» активированных звездчатых клеток, экспрессирующих десмин и α-SMA, и одна популяция, накапливающаяся в областях гипертрофии, которые не были ни активированы, ни неподвижны. и представляет собой промежуточный фенотип с увеличенным количеством капель накопления ретиноидов. Насколько нам известно, этот феномен никогда не описывался в контексте фиброза печени, ни в человеческих, ни в животных моделях фиброза.

    Гипертрофия HSC не зависит от модели

    Затем мы исследовали наличие гипертрофированных HSC на двух других мышиных метаболических моделях фиброза печени, отправив мышей на диету с дефицитом метионина и холина (MCD) в течение 9 недель или с высоким содержанием жиров и высоким содержанием жира. Углеводная диета (HFHC) в течение 16 недель, что является типичным максимальным временем диеты для достижения фиброза с использованием этих моделей 10,16 (рис. 6a и S5). После 9 недель диеты MCD у нескольких мышей (2/6) был выявлен легкий фиброз (оценка 1а), в то время как у большинства из них наблюдалась умеренная форма гипертрофии HSC (5/6).После 16 недель диеты HFHC еще меньше мышей (1/6) демонстрировали легкий фиброз (оценка 1a) и не наблюдали гипертрофии HSC (фиг. 6a).

    Рисунок 6

    Гипертрофия HSC не зависит от модели. (a ) Показатели фиброза печени (красные точки) и гипертрофии HSC (синие точки) у мышей, получавших диету MCD в течение 9 недель, мышей, получавших диету HFHC в течение 16 недель, и мышей, получавших диету CDAHFD в течение 22 недель. ( b ) Слияние флуоресценции ретиноидов (RF), полученной с помощью флуоресценции, и коллагеновых волокон, полученных с помощью микроскопии генерации второй гармоники (CF / SHG) на срезе печени 9 недель MCD-, 16 недель HFHC-, BDL- и CCl 4 — лечили мышей.Масштабная линейка: 50 мкм.

    Многофотонный анализ показал, что гипертрофия ретиноидов (RF-сигнал) также выявлялась на срезах печени мышей, получавших диеты MCD и HFHC, и эти области гипертрофии всегда были связаны с отложениями коллагена, обнаруживаемыми благодаря SHG (рис. 6b). Кроме того, мы также выполнили многофотонный микроскопический анализ срезов печени мышей, получавших CCl 4 или перенесших лигирование желчных протоков (BDL). Интересно, что мы не обнаружили накопления флуоресценции ретиноидов на срезах печени BDL-мышей ни в паренхиме, ни в областях отложения коллагена.С другой стороны, на срезах печени мышей, обработанных CCl 4 , мы обнаружили наличие накопления ретиноидной флуоресценции на уровне отложений коллагена (рис. 6b).

    Взятые вместе, эти результаты показывают, что феномен гипертрофии HSC не зависит от модели.

    Гипертрофия HSC наблюдается при фиброзе печени человека

    Чтобы пойти дальше, мы проанализировали биопсию печени человека, чтобы определить возможное присутствие гипертрофированных HSC. Биопсии печени человека, полученные от пациентов с тяжелым ожирением и демонстрирующие различные уровни фиброза печени (27 биопсий человека в диапазоне от F0 до F4, n ≥ 4 на стадию, дополнительная таблица 1), были проанализированы с помощью конфокальной микроскопии для специфического обнаружения радиочастотного сигнала гипертрофированных клеток HSC. с помощью флуоресцентного спектрального анализа.Оценка гипертрофии HSC человека была установлена ​​для количественной оценки этого явления путем наблюдения за сигналом флуоресценции ретиноидов всей биопсии при 200-кратном увеличении следующим образом: 0 = нет видимой гипертрофии, 1 = видно несколько гипертрофированных клеток, 2 = от 2 до 5 гипертрофированных области ячеек наблюдаются, 3 = видны области более 5 гипертрофированных ячеек. Затем коэффициент корреляции Спирмена был использован для сравнения стадии фиброза, установленной патологами, и баллов гипертрофии (n = 27) и показал, что показатель гипертрофии имел значительную положительную связь со стадией фиброза (r = 0.48, p = 0,01), как видно на рис. 7а. Образцы также были проанализированы с помощью многофотонной микроскопии слепым методом на наличие сигналов RF и CF / SHG, показав, что высокий сигнал RF был близко расположен к коллагену на каждом срезе, представляющем оценку фиброза ≥ F1 (рис. 7b).

    Фигура 7

    Гипертрофия HSC наблюдается при фиброзе печени человека. ( a ) Оценка фиброза печени и гипертрофии HSC на 27 биопсиях печени человека из когорты FIBROTA. ( b ) Репрезентативные изображения коллокации капель ретиноидов, отображаемые с помощью флуоресценции (RF) и коллагена с помощью сигнала генерации второй гармоники (CF / SHG), при биопсии печени человека из когорты FIBROTA, демонстрирующей фиброз печени F3.( c ) Слияние ретиноидной флуоресценции (RF) и коллагеновых волокон (CF / SHG), полученное с помощью флуоресцентной микроскопии и микроскопии генерации второй гармоники при биопсии печени человека с фиброзом разной этиологии: НАСГ (F2), вирусный гепатит C (F2) и алкоголизм (F4). Масштабная линейка: 50 мкм.

    Кроме того, мы расширили наше исследование на другие этиологии фиброза печени человека и провели анализ флюоресцентной микроскопии на срезах печени пациентов с фиброзом печени из-за НАСГ (n = 4, с фиброзом F0, F2 или F3), хроническим гепатитом С. (VHC, n = 7, с фиброзом F2 или F3) или чрезмерное употребление алкоголя (n = 5 с фиброзом F4).

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *